Финансовый парфюмер, там где запах денег... (perfume007) wrote,
Финансовый парфюмер, там где запах денег...
perfume007

Экономика пузырей. Возможен ли устойчивый рост? Книга за 10 минут в кратком изложении

Специально для https://vk.com/stepan_demura Какую роль играет энергетика в глобальной экономике? Как финансовые пузыри и кризисы могут обескровить экономику стран, нуждающихся в настоящем экономическом росте? Как творческое использование опыта и знаний в области финансов могло бы привести к развитию технологий возобновляемой энергетики и экономическому росту? Экономика восстанавливается с трудом, крупные компании копят наличные, а проекты в области энергетики требуют инвестиций. Вопрос, каким образом энергетика и охрана окружающей среды влияют на экономику, сегодня занял одно из центральных мест. Инвестиции в возобновляемую энергетику могут привести к увеличению темпов роста, в котором сегодня остро нуждается экономика, утверждает физик и экономист Роберт Эйрз. Автора интересуют способы привлечения корпоративных инвестиций в развитие альтернативных видов энергии. Финансисты, считает он, могли бы предложить инновационные инструменты для снижения риска инвестиций в стартапы, работающие в области “зеленой” энергетики. Автору удалось обойтись без сложной терминологии, и пересказ экономической истории читается без излишних усилий. Для неспециалистов книга будет неплохим введением в современную энергетику. Самая важная ее часть – обсуждение роли энергетики в современной экономике – будет полезна всем, кто интересуется вопросами устойчивого развития.



Значение того или иного сектора экономики определяется его вкладом в ВВП – такое утверждение можно вывести из догматов традиционной экономики. Доля энергетики в экономике большинства стран ОЭСР (Организации экономического сотрудничества и развития) десятилетиями держится на уровне примерно 4% ВВП. Следовательно, утверждает экономическая теория, значение этого сектора не так уж велико, а значит, он не играет большой роли во время рецессий или периодов экономического роста. Однако стоит взглянуть на эластичность спроса, которая стоит за цифрой 4%, и станет ясно, что это утверждение не выдерживает критики. Тот факт, что энергетический сектор в развитых странах составляет лишь 4% ВВП, показывает, насколько энергетическая отрасль способствует экономическому росту и накоплению благосостояния, а вовсе не то, что значение энергетики невелико.
Основные идеи книги
Энергоресурсы – “третий фактор производства” помимо труда и капитала. Доступность энергоресурсов была одной из причин глобального экономического роста; с повышением цен на энергоносители рост окажется под угрозой. Относительно небольшая (4%) доля энергетики в ВВП стран ОЭСР указывает на высокую производительность, а не на роль, которую эта отрасль играет в экономике. Компании с ограниченной ответственностью заменили на Уолл-стрит традиционные партнерства, заимствованные средства пришли на смену собственным, рынком правит идея краткосрочной акционерной стоимости. Финансовые инновации, такие как производные финансовые инструменты и секьюритизация ипотечных кредитов, привели накануне кризиса к критическому возрастанию рисков. В надувании пузыря на рынке недвижимости сыграли большую роль три крупнейших рейтинговых агентства – Moody’s, S&P и Fitch. Сегодня крупные компании прекратили инвестировать, а значит, и вносить свой вклад в реальный экономический рост. Компании, накопившие наличность, могли бы инвестировать в “зеленую” энергетику. Финансовая отрасль, преуспевшая в создании инновационных инструментов, могла бы направить свои усилия на развитие рынка альтернативной энергетики. Важнейшие проблемы – низкие темпы роста экономики, необходимость в возобновляемых энергоресурсах и защита окружающей среды – можно решать одновременно.

“Энергия важна для любой экономической деятельности”.

Сторонники неоклассической теории полагают, что экономический рост зависит от внешних сил (технического прогресса, или, другими словами, повышения производительности). Поэтому спрос на энергию и другие ресурсы рассматривается ими как следствие, а не как причина роста. Таким образом, многие экономисты приравнивают энергоресурсы к товарам, на который потребители тратят свои растущие доходы. При этом они не учитывают уникальной роли энергоресурсов, обеспечивающих функционирование крупных сегментов экономики. Энергетика нужна экономике, как кислород нужен для поддержания горения. Энергия – ключевой ингредиент, не менее важный, чем труд или капитал, она стала полноценным “третьим фактором производства”.

“Большинство экономистов по-прежнему полагают, что увеличение потребления энергоресурсов вызвано ростом ВВП, а не наоборот… Спрос на энергоресурсы порождает спрос на другие товары и услуги, ведущий к росту ВВП”.

Вопреки неоклассической теории роста мы видим, что технический прогресс и рост производительности были начиная со времен промышленной революции следствием относительно низких цен на топливо. Доступность дешевых энергоресурсов позволила снизить долю физического труда и подтолкнула развитие и рост во многих отраслях. И наоборот, всплески мировых цен на нефть сопровождались с 1970 года периодами экономического спада.

Закипание
Во времена Великой депрессии крах фондового рынка привел к банковскому кризису. Каждый пятый банк прекратил существование, и президенту США Франклину Рузвельту пришлось принимать меры, чтобы восстановить доверие граждан к финансовой системе и не допустить паники. В 1933 году в качестве одной из антикризисных мер конгресс принял закон Гласса–Стиголла, который должен был гарантировать, что кризисы на фондовом рынке не будут иметь таких фатальных последствий для нефинансовых секторов экономики.

“Относительно простой мир Адама Смита и Томаса Джефферсона остался в далеком прошлом”.

Закон Гласса–Стиголла был отменен в 1999 году. К тому времени тяготы Великой депрессии были забыты. Руководители финансовой отрасли настаивали, что чрезмерное регулирование сдерживает инновации и рост прибыли. Несколько ранее изменилась структура собственности финансовых фирм на смену партнерствам пришли компании, зарегистрированные в форме Limited Liability Company (компания с ограниченной ответственностью), или LLC. Такие компании несут меньше ответственности по своим обязательствам в сравнении с участниками партнерств, которые рискуют собственными деньгами.

“В наше время старейшая банковская функция обеспечения капиталом различных видов производственной деятельности не более чем громкие слова. Сегодня банки обеспечивают капиталом только один вид деятельности, который иначе как азартными играми не назовешь”.

В последние десятилетия корпоративная Америка стала полагаться на механизм покупки компаний за счет заемных средств (LBO), пользуясь тем, что проценты по кредитам в этом случае можно вычитать из налогооблагаемой базы. Агрессивное поведение компаний и банков поддерживалось лозунгами наращивания акционерной стоимости, представляющими собой не что иное, как хорошо аргументированное оправдание алчности.

Пузырь доткомов лопнул в тот момент, когда инвесторы осознали, что цены на акции интернет-компаний поддерживаются только спекулятивным спросом, а не расчетами потенциальной прибыли. И хотя глава Федеральной резервной системы Алан Гринспен еще в 1996 году заговорил о проблеме “иррационального изобилия”, он практически ничего не предпринял, чтобы остановить надувание пузыря. За два года (2001–2002) ФРС снизила ключевую ставку с 6,5 до 1% и стала пассивно наблюдать за тем, как надувается очередной пузырь, теперь уже на рынке недвижимости.

“Главная проблема в трагедии общин – то, что ни у кого нет никаких стимулов задумываться о будущем”.

Правительство начало создавать стимулы для развития инноваций и предпринимательства как в финансовых, так и в нефинансовых компаниях и снижать регуляторные барьеры. Среди компаний, заслуживших высокие оценки рынка за творческий подход к ведению бизнеса, была компания Enron. Журнал Fortune называл ее “самой инновационной компанией Америки” на протяжении шести лет – вплоть до 2001 года, когда компания обрушилась из-за вскрывшихся фактов мошенничества ее руководства.

“Открытие гигантских запасов ископаемых энергоресурсов… дало толчок беспрецедентным темпам технологического прогресса и экономического роста”.

После кризисов доткомов и Enron общественность потребовала от конгресса США реформировать финансовую систему. Ответом законодателей стал закон Сарбейнса–Оксли, принятый в 2002 году. Он, среди прочего, обязал исполнительных и финансовых директоров подписывать налоговые декларации компаний, а значит, нести личную ответственность за точность данных, приведенных в отчетности.

Выкипание
К середине 2000-х годов весьма растяжимые стандарты в финансовой отрасли стали прикрывать рассуждениями об инновациях в области секьюритизации ипотечного кредитования. Рост секьюритизации, то есть переупаковки и перепродажи ипотечных долгов, привел к тому, что даже простые финансовые контракты потеряли прозрачность. Масштаб связанных с этим рисков стал предметом коллективного заблуждения “В качестве одного из объяснений можно предположить, что руководители крупных финансовых фирм просто ничего не понимали в бизнесе, которым решили заняться”.

“В число факторов, приведших к кризису 2008 года, нужно включить широкое распространение концепции «акционерной стоимости», от бизнес-школ до кабинетов высшего руководства”.

Гринспен и высшие финансовые чины полагались на то, что после Второй мировой войны не было случаев, чтобы цены на недвижимость одновременно снижались по всей стране, а ипотечные заемщики почти никогда не отказывались платить по долгам. Но, столкнувшись с резким падением цен на недвижимость, часть заемщиков посчитали, что ничего не потеряют, если просто откажутся от объектов недвижимости. Их кредитный рейтинг все равно никто никогда не проверял, а первоначальный платеж был равен нулю.

“Компании, у которых есть деньги, не спешат тратить их на проекты, которые повысят экономическую производительность. Деньги предпочитают хранить, использовать для поглощений или обратного выкупа акций, или, в более или менее завуалированной форме, для проведения разнообразных финансовых спекулятивных схем”.

Свою роль в раздувании пузыря сыграли и три крупнейших рейтинговых агентства – Moody’s, Standard & Poor's и Fitch. Рейтинги ипотечных кредитов и инвестиций в недвижимость традиционно были высокими, и агентства их не снижали, хотя внимательное исследование данного вопроса и здравый смысл заставили бы их сделать совсем другие выводы. Снижать рейтинги секьюритизированных активов, причем в массовом порядке, рейтинговые агентства начали лишь в конце 2007 года. Это мгновенно ослабило большинство банков и страховых компаний во всем мире.

Не так давно австралийский суд признал агентство Standard & Poor's ответственным за убытки, понесенные группой инвесторов из-за завышенного рейтинга. Но адвокаты компании отказались признавать ответственность, сославшись на свободу слова, гарантированную конституцией. Этот эпизод привлек внимание общества к роли крупнейших рейтинговых агентств в финансовой системе, неизбежному для их деятельности конфликту интересов и отсутствию должного контроля над их работой. Вплоть до начала кризиса 2008 года рейтинговые агентства “подыгрывали” финансовым фирмам, которые были их самыми прибыльными клиентами.

“Спекуляции можно принять за экономическую деятельность, ведь деньги крутятся. Это ведет к росту ВВП, но не добавляет ничего к благосостоянию потребителей”.

Как и можно было предсказать, лопнувший пузырь на рынке недвижимости больно ударил по строительной отрасли, которая до сих пор не до конца оправилась от потерь. Последствия финансового кризиса делают его не похожим на предыдущие. Если лопнувший пузырь доткомов затронул в основном состоятельных американцев, то кризис ипотечных долгов ударил по среднему классу. Причем удар пришелся именно туда, где сосредоточено благосостояние среднего класса в любой развитой стране, – на жилую недвижимость.

“Новые технологии производства энергии не так часто привлекают венчурных капиталистов. Инвесторы боятся убытков, что в этой конкретной отрасли не такая уж редкость”.

Больше других пострадало от кризиса поколение тридцатилетних представители именно этой возрастной группы покупают свои первые дома и берут большие займы. Исчезла огромная доля семейных состояний, долги же никуда не делись – проценты по ипотекам на переоцененные объекты недвижимости по-прежнему нужно выплачивать. Это каждый месяц опустошает кошельки американцев, подрывая их покупательную способность.

Реакция государства
Конгресс отреагировал на кризис принятием в 2010 году закона Додда–Франка, который по сей день находится в стадии вступления в силу. Финансовый истеблишмент не смог предотвратить принятие этого закона, но постепенное его усложнение, равноценное параличу, тоже на руку финансистам. Оппоненты реформ утверждают, что вступление в силу закона Додда–Франка приведет к снижению ликвидности в системе. Им возражают, что ликвидность все равно дает преимущества лишь самым крупным участникам рынка, а ценность ее для широких слоев общества невелика.

“Рост себестоимости ископаемых энергоресурсов не будет плавным. Не исключены периоды временного снижения цен, например вследствие увеличения добычи сланцевого газа, но удорожание энергии неизбежно, если продолжится экономический рост”.

Попытки оздоровления отрасли не привели пока к снижению уровня спекуляций в финансовой системе. Участники рынка обосновывают необходимость в непрозрачных производных финансовых инструментах тем, что “так рынок лучше работает”. Вопросы “лучше, чем как” и “лучше для кого” при этом остаются без ответа. Помогают ли эти инструменты снижать уровень риска или просто маскируют его и перекладывают на плечи налогоплательщиков

“Экономический туман скрывает несметные богатства. Инвестиции в развитие альтернативных видов энергии принесут огромную отдачу в долгосрочной перспективе”.

Банки считают, что разделение их инвестиционной и коммерческой деятельности в духе Гласса–Стиголла свяжет финансовый сектор по рукам и ногам. И это несмотря на то, что “на протяжении 66 лет США удавалось существовать, не позволяя коммерческим банкам быть брокерами, дельцами и игроками”. Когда банки становятся неразборчивыми в средствах в полной уверенности, что государство их защитит (ведь они “слишком большие, чтобы рухнуть”), это противоречит фундаментальным принципам американского капитализма.

По сей день крупные банки перегружены долгами и неустойчивы. В системе по-прежнему сохранились нездоровые стимулы, благоприятствующие долговому финансированию. Даже Базельские правила, которые призваны измерять реальный уровень риска крупных банков, подталкивают ситуацию в неверном направлении. Согласно Базелю, государственные облигации и инвестиции в оборудование и недвижимость считаются менее рискованными, чем вложения в акции небольших компаний. Подобный подход не позволяет поддержать малый бизнес и стартапы, которые создают рабочие места. Регуляторам нужно его пересмотреть.

“К счастью, многие сложные финансовые инструменты (в частности, секьюритизация), которые использовали на рынке недвижимости с благими намерениями, но неудачно, могут оказаться полезны в совсем других сферах, в частности в области энергетической безопасности”.

Финансовые инновации – на службу возобновляемой энергетике
Чтобы добиться оздоровления и облегчить долговое бремя государства и населения, американской экономике необходим рост. Но успешные крупные компании не спешат реинвестировать прибыль, продолжая накапливать горы наличных средств, нередко в налоговых гаванях.

На нынешнем этапе экономического цикла компании должны были бы вновь поверить в выгоды инвестирования в новые направления бизнеса. Однако вкладываться в производство по-прежнему никто не спешит. Сегодня есть отличная возможность инвестировать аккумулированные наличные средства – это возобновляемые источники энергии.

Динамика спроса и предложения на ископаемые энергоресурсы неизбежно приведет к повышению цен и радикальному изменению рынка. Разработка месторождений сланцевого газа и сланцевой нефти на какое-то время решит проблемы, но эти виды энергоресурсов не удовлетворяют потребности транспорта технологии их переработки в жидкое топливо недешевы.

Финансовые рынки с их способностью распределять риски и обеспечивать компании ликвидностью могли бы переключиться на более достойные цели – развитие новых источников энергии. Цены на энергоносители настолько сильно и непредсказуемо меняются, что инвестиции в развитие альтернативных технологий необходимо хеджировать. Финансисты могли бы создать “долгосрочные энергетические облигации” – такие ценные бумаги, которые будут привлекательны для институциональных инвесторов. Это приведет к развитию энергетики, экономическому росту и созданию рабочих мест.

Сама энергетическая отрасль заинтересована в развитии технологий улавливания углекислого газа – они позволяют сжигать больше угля. Помимо уже освоенных в разной степени альтернативных источников – солнечной, ветряной, био- и гидроэнергии – большой потенциал есть и у других видов “зеленой энергетики”.

Ветер и солнце – непредсказуемые и нестабильные источники энергии, поэтому одной из быстроразвивающихся отраслей станут системы хранения энергии. Мощные сети хранилищ энергии смогут компенсировать перебои, связанные с неподходящими погодными условиями. Одним из способов аккумулировать энергию могут быть расположенные на возвышенностях искусственные водохранилища, куда вода закачивается энергией ветра и солнца.

Хорошим примером возможностей развития отрасли и потенциальной выгоды от инвестиций может служить концепция создания запаса электроэнергии с помощью парка электромобилей. Однако прежде чем рассматривать настолько смелые проекты, необходимо инвестировать в модернизацию и развитие существующей инфраструктуры, которая должна соответствовать самым современным стандартам эффективности. Две важнейшие проблемы – низкие темпы роста американской экономики и серьезные вызовы в области энергетики и защиты окружающей среды – можно пытаться решать одновременно.

Об авторе
Роберт Эйрз – почетный профессор экономики и политических наук школы бизнеса INSEAD.



Добавиться в друзья можно вот тут

Понравился пост? Расскажите о нём друзьям, нажав на кнопочку ниже:

Tags: альтернативные источники энергии, книга, книги в кратком изложении, пузырь, экономика, энергетика
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo perfume007 april 27, 12:58 7
Buy for 10 tokens
86 - 71 - 140 - 90 - 230 Мне понравилась дорожная карта курса USDRUB Владимиру Левченко. Привожу ее текст как есть. Сделал, распечатал и повесил над столом себе картинку А4 формата как памятку. Привожу этот текст со своими ремарками. Если смотреть USDRUB, то, при повторении 1998 года,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 31 comments