Финансовый парфюмер, там где запах денег... (perfume007) wrote,
Финансовый парфюмер, там где запах денег...
perfume007

Category:

Третья волна. Элвин Тоффлер. Книга в кратком изложении за 10 минут 1 часть

Книга Тоффлера посвящена пришествию цивилизации третьей волны. Используя метафору волн, Тоффлер хочет подчеркнуть, что возникновение новой цивилизации — это не единовременное событие, а продолжительный процесс зарождения, экспансии и угасания. Причем несколько цивилизационных волн действуют в мире одновременно, но с разной силой и в разных направлениях. Эти волны иногда называют технологическими потому, что в основе каждой из цивилизаций лежат свои особые технологии производства. У каждой цивилизации есть свой основной ресурс, который во многом определяет ее характер. Каждой цивилизации присуще свое особое мировоззрение, своя мораль, свой уклад жизни. Причем мировоззрение, принципы и институты новой волны не вырастают эволюционно из тех же элементов более ранней волны, а формируются на основе своего уникального генома новой цивилизации. Поэтому коллизии волн носят не эволюционный, а революционный характер, а приход новой волны сопряжен с войнами, революциями и другими потрясениями. Понимание природы этих конфликтов, дает нам возможность не только увидеть альтернативы будущего. «Третья волна» впервые была опубликована в 1980 году. В январе 1983 года Тоффлер впервые встретился с Дэн Сяопином. Тогда «Третья волна» уже стала самой читаемой книгой в Китае, после сборника речей самого Дэна. Дэн не только сразу и безоговорочно поверил Тоффлеру, но и стал претворять его рекомендации в жизнь с завидной последовательностью и упорством. Последовало 30 лет непрерывного беспрецедентного роста экономики Китая. Alibaba, Lenovo, Baidu, Xaomi ознаменовали прорыв части населения Поднебесной сразу в цивилизацию третьей волны. Сверяя ее содержание с теми реалиями, которые окружают нас сейчас, 30 лет спустя, каждый может решить для себя, работает ли предложенная Тоффлером модель будущего. Если вы решите, что она работает, то у вас есть еще 10 лет, чтобы применить эту модель к планированию собственных действий и, при желании, поучаствовать в создании будущего. Ведь Тоффлер считает, что переходный период от безраздельного господства индустриальной цивилизации второй волны к доминированию информационного общества третьей волны продлится с середины 1950-х годов где-то до 2025 года. Финансовый парфюмер учиться отличать силы и процессы уходящей второй волны от проявлений нарастающей третьей волны.


В своей книге Тоффлер выделяет три волны цивилизации: сельскохозяйственную, индустриальную и третью, которую он иногда называет еще информационной. Первая волна начала свое движение примерно 10 тысяч лет назад, когда собиратели и охотники научились возделывать землю и перешли от кочевого образа жизни к оседлому. Сегодня эта волна практически исчерпала свою силу, медленно, но неотвратимо обойдя весь мир. Только горстка первобытных племен осталась на стадии охоты и собирательства.

Главным ресурсом первой волны была земля, а большая часть ее продукта потреблялась теми, кто его непосредственно производил. Время в цивилизации первой волны ходило по кругу, повторяя циклы сельскохозяйственного производства. Первая волна стала терять силу в промежутке между 1650–1750 годами, когда появился гребень второй волны, создавшей индустриальное общество, которое, в свою очередь, завоевало мир.

С 1950-х годов вторая волна после 200 лет экспансии тоже пошла на спад в промышленно развитых странах. Тоффлер берет за «точку перегиба» пятидесятые годы ХХ века потому, что именно тогда в США численность работников умственного труда и сферы услуг впервые превысила численность промышленных рабочих. Примерно тогда же в странах индустриального мира начала свой разбег третья волна. И по мере того, как она набирает силу, сталкиваясь со второй волной, устаревшие принципы и институты второй волны начинают трещать по швам под ее напором.

Архитектура цивилизации
Примерно триста лет назад вторая волна начала свое победное шествие по планете. Основа любой цивилизации — это энергия. Первая (сельскохозяйственная) волна черпала возобновляемую энергию из мускульной силы людей и животных. Вторая (индустриальная) волна стала опираться на уголь, нефть и газ — невозобновляемые природные ресурсы, добыча которых стала мощной скрытой субсидией индустриального общества.

Технологический прорыв индустриальной цивилизации заключался в том, что она создала машины, которые, в отличие от механизмов первой волны, не просто усиливали мускульную силу, а выполняли работу самостоятельно. Но главное, были созданы машины для производства машин. Массовое крупносерийное производство стало визитной карточкой индустриальной цивилизации. Массовая дистрибуция и массовая розница возникли на месте примитивного транспорта и снабжения.

Большая оседлая сельскохозяйственная семья, обремененная стариками и кучей детей, сменилась на семью-ячейку: папа-мама и пара детей, которая лучше отвечала требованиям индустриальной мобильности.

Заботу о детишках поручили фабрикам образования. Заботу о стариках — фабрике здравоохранения.

Массовая фабрика образования стала не только учить читать, писать и считать, но еще готовить к индустриальной работе, воспитывая пунктуальность, послушание и привычку к рутинному, монотонному труду.

Вместо частных компаний и партнерств была изобретена корпорация, которая получила способность пережить человека — основателя или хозяина — и стала юридически бессмертным созданием с соответствующим горизонтом планирования.

Информация, необходимая для работы в примитивном обществе и цивилизации первой волны, была несложной. Ее, как правило, можно было получить в устной и невербальной форме непосредственно на месте осуществления работ. Массовое производство потребовало четкой координации деятельности людей, находящихся в разных местах. Возникла потребность в массовых коммуникациях.

Почта, телеграф, телефон были предназначены для общения отдельных людей, но наряду с ними появились и средства массовой коммуникации: газеты, радио, телевидение. Своим устройством они напоминали фабрику: штамповали и вкладывали в головы миллионам людей идентичные сообщения.

Все эти институты в совокупности составляют техно-сферу, социо-сферу и инфо-сферу любого государства второй волны. Капиталистического или социалистического, абсолютно не важно. Независимо от культурных или этнических традиций.

НЕВИДИМЫЙ КЛИН
Если в цивилизации первой волны большая часть продукции потреблялась теми, кто ее произвел, то индустриальная цивилизация полностью разделила каждого человека на две роли: производителя и потребителя.

Последствия этого разделения были фундаментальны. Для того чтобы снова свести производителя и потребителя, появился рынок. Цель производства сменилась с потребления на обмен. Выросший из разделения труда рынок стал саморегулируемой экспансионистской системой, которая, в свою очередь, углубила разделение труда, создав новые роли и втянув в товарообмен весь мир.

Последствие развития рынка — дегуманизацию человеческих отношений — Маркс ошибочно приписывал только капитализму. Не мудрено, ведь в его время социализма не существовало. Теперь мы знаем, что жажда денег, товаров, вещей является атрибутом индустриального общества, не важно, капиталистического или социалистического. Транзакции и контракты сменили дружбу, любовь, родственные и племенные узы как основу отношений между людьми.

ВЗЛАМЫВАЯ КОД
Каждая цивилизация имеет свой тайный код — набор правил и принципов, которые повторяются во всем, что бы она ни делала. Код индустриальной волны складывается из шести принципов: стандартизации, специализации, синхронизации, концентрации, максимизации и централизации.

Существование этих принципов неизбежно вытекает из разрыва между производителем и потребителем и экспансии рынка — порождений индустриальной цивилизации. В свою очередь, на базе этих принципов сформировались самые огромные, мощные и костные бюрократические структуры в истории Земли.

ОПЕРАТОРЫ ВЛАСТИ
Индустриальная цивилизация разбила множество процессов на бесконечное количество специализированных деталей и ролей. Поэтому потребовалась новая специализированная роль — интегратора-специалиста, который может собрать эти роли вместе и в нужном порядке.

Так взошла звезда менеджеров. Взаимозависимость процессов, разбитых на операции, дала самый сильный рычаг контроля не собственникам «средств производства», как утверждал Маркс, а тем людям, которые контролируют «средства интеграции».

Предприниматель, создавая бизнес, выступает в роли собственника и в роли интегратора одновременно. Но когда масштаб компании перерастает способности одного человека интегрировать все элементы процесса, появляются специалисты по интеграции.

Постепенно роль менеджеров вырастала, а собственников — снижалась. Этот процесс привел к формированию новой элиты управляющих, сконцентрировавших в своих руках контроль над интеграционным процессом.

Любая организация второй волны нуждается в интеграторах. Те, в свою очередь, сами выстраиваются в иерархии элит и субэлит. И, наконец, еще выше находится уровень суперэлит, держащих в руках размещение инвестиций.

Эта пирамидальная структура власти существует в любой стране индустриальной цивилизации и возрождается вновь после любых потрясений и революций.

ТАЙНЫЙ ПРОЕКТ
Когда революции второй волны свергли элиты первой волны, они должны были практически с ноля написать конституции и создать институты политической власти. В конструировании государства они применили тот же механистический подход, который возобладал и в экономике.

Структура, которую они создали, выглядела стройно:

1. Избиратели, имеющие голоса.
2. Партии для сбора голосов.
3. Кандидаты, которые, выигрывая голоса избирателей, автоматически превращаются в их представителей.
4. Законодательные собрания (парламенты, советы, конгрессы), в которых представители принимают законы путем голосования.
5. Исполнительная власть, которая подкармливает процесс законотворчества инициативами и исполняет принятые законы.

Эти фабрики законов повторяют себя на всех уровнях, от деревенского муниципалитета до объединений государств.

Выборы, независимо от того, кто на них побеждает, исполняют очень важный для элит ритуал. Они показывают, что процесс исполняется механистично, что значит (по законам второй волны) — рационально. Выборы также символизируют власть народа независимо от того, насколько они контролируются интеграционными элитами.

Почему элиты интеграторов всегда и везде контролируют власть? Все дело в фабричном принципе организации политической власти, присущем индустриальной цивилизации. А любая фабрика управляется только сверху.

БЕЗУМСТВО НАЦИЙ
В эпоху первой волны большая часть человечества еще не знала национального государства. Территории племен, герцогства и королевства имели небольшие размеры с не очень четко обозначенными границами и нестандартными законами. Инвестиции в дорогостоящие технологии второй волны было невозможно окупить на этих лоскутках. Экономическая интеграция требовала наличия адекватных государственных образований.

Какими бы красивыми словами патриоты и философы ни называли нации, они являются плодом индустриальной цивилизации, в которой политическая интеграция вытекала из экономической интеграции. Подъем национализма в разных странах второй волны был не чем иным, как стремлением привести политическую интеграцию в соответствие с экономической.

Но жажда интеграции второй волны не уперлась в границы государств. Она потребовала интеграции глобального рынка, глобальной финансовой системы. Так появился империализм.

ИМПЕРСКИЙ ДРАЙВ
Мастер-план индустриальной цивилизации сегодня уже полностью реализован. Она организовала мир в национальные государства. В погоне за дешевыми ресурсами она интегрировала в свою финансовую систему оставшиеся в мире государства первой волны и примитивные племена. Сформировала мировой рынок. Но еще она произвела на свет и особый менталитет второй волны.

И этот индустриальный менталитет остается главным препятствием на пути созидания цивилизации третьей волны.

ИНДУСТ-РЕАЛЬНОСТЬ
В эпоху холодной войны противоборствующие идеологи тоталитарных режимов и либеральных демократий абсолютно упустили из виду важное обстоятельство — они разделяли одну общую суперидеологию.

У всех жителей индустриальных стран сформировались общие психологические установки, в основе которых лежала вера в превосходство индустриальной цивилизации над всеми остальными.

Три базовые идеи составили остов этой индустриальной суперидеологии:

1. Природа существует, чтобы человек ее эксплуатировал и покорял.

2. Человек является вершиной эволюции.

3. Человечество прогрессирует к лучшему будущему.

Эти убеждения, в свою очередь, базировались на ряде еще более фундаментальных представлений, сформированных цивилизацией второй волны:

1. Время течет по прямой, из прошлого в будущее. Оно состоит из равных частей.

В первой волне время ходило по кругу. Каждый круг делился на равное количество частей, но продолжительность отдельных частей менялась, например, в зависимости от времени года. Стандартизация и синхронизация индустриальной экономики изменили само представление о времени — выпрямили его и наложили на шкалу с четкими делениями.

2. Пространство безгранично, но четко разграничено. Любое расстояние должно быть точно измерено.

Пространство кочевых народов было безграничным и часто неизведанным. Перемещение по нему не требовало точных измерений.

С приходом цивилизации первой волны и оседлого образа жизни пространство для абсолютного большинства людей сузилось до границ ближайших окрестностей. Точное измерение расстояния имело значение только в пределах этих границ.

Специализация в индустриальную эпоху потребовала создания массы узкоспециализированных пространств с четкими границами, а синхронизация — точного измерения расстояний. Глобальный рынок и массовые коммуникации расширили границы пространства большинства людей до размеров планеты.

3. Окружающая реальность состоит из неделимых малых частей — атомов.

Существование атомов предположили еще в доиндустриальную эпоху, но атомарная структура мироздания оптимально отвечала принципам индустриальной цивилизации.

4. Линейная и измеримая причинно-следственная связь объясняет все явления общества и природы.

В индуст-реальности любому следствию всегда предшествует причина. Движение от причины к следствию происходит линейно во времени и в пространстве. Следовательно, чтобы понять любое явление, необходимо найти единственно правильную переменную.

Этот подход открыл путь к преодолению невежества, но он же создал человеку новую ментальную тюрьму — постулат о том, что всем, что нельзя измерить, следует пренебречь.

ВСЕМИРНЫЙ ПОТОП
Вторая волна накрыла всю Землю за какие-то жалкие — в исторической перспективе — 300 лет. Она проникла в каждый дом, в голову каждого человека. Невозможно найти одну единственную причину наступления промышленной революции. Не существует и однозначной оценки индустриальной цивилизации.

Независимо от того, принесла ли она за время своего существования больше счастья или горя, сегодня индустриальная цивилизация полностью исчерпала себя. Ее позитивная роль закончилась, а негативные стороны и противоречия обострились.

Для этого есть внешние причины:

1. Мы уперлись в тупик: пытаясь дальше покорять и истреблять природу, мы рискуем совсем ее разрушить.

2. Дешевой энергии из углеводородов пришел конец.

3. Скрытая субсидия в форме дешевого сырья из стран третьего мира также исчезла.

Все это дополняется внутренними кризисами всех систем жизнеобеспечения цивилизации второй волны: социальной защиты, образования, здравоохранения, международной финансовой системы и так далее.

Кризис охватил и ролевую систему индустриальной цивилизации. Он ярче всего проявляется в размывании ролей полов, но охватывает и социальные, и профессиональные роли.

Все эти кризисы: потеря ключевых внешних субсидий, кризис внутренних систем, слом ролевой модели — вместе порождают острейший кризис самой элементарной и уязвимой частицы общества — кризис личности. Вторая волна привела к эпидемии кризиса личности с такими симптомами, как потеря самоидентификации, одновременное желание и страх перемен, стремление стать не самим собой.

Преодолеть этот кризис мы сможем, только если поймем, что остаток нашей жизни будет определять не отжившая свое индустриальная цивилизация, а новая формирующаяся цивилизация третьей волны. Ее признаки уже можно распознать.

Кризис личности ведет к чувству потерянности. Найти себя снова мы сможем только в том случае, если примем будущее и включимся в его созидание.

ТРЕТЬЯ ВОЛНА
Систематический анализ может ответить на многие вопросы, но, в конце концов, нам придется разобраться в парадоксах и противоречиях, которые ему не подвластны. Предвидение, воображение и смелый (хотя и предварительный) синтез поможет нам в этом деле.

КОМАНДНЫЕ ВЫСОТЫ
Повышение цен на нефть со стороны ОПЕК спровоцировало дискуссию о том, какими источниками энергии можно заместить нефть хотя бы частично. Выяснилось, что существует огромное количество возможностей, реализация которых блокировалась системой энергообеспечения второй волны — крайне централизованной и использующей небольшое количество технологий. Невозможно предсказать, какие из новых технологий, развитие которых породил нефтяной кризис, окажутся наиболее востребованными, но процесс их разработки пошел лавинообразно.

Рост цен на нефть и капиталовложений в ее добычу и инфраструктуру энергоснабжения, экологические проблемы и движение в защиту окружающей среды — все эти факторы делают изменение энергетической базы цивилизации неизбежным, хотя и нельзя точно сказать, когда это произойдет.

Новые технологии стали в огромных количествах возникать во второй половине двадцатого века на пересечении научных дисциплин, которых недавно просто не существовало. Появился сам термин «наукоемкие отрасли». Компьютерные технологии, электроника, генная инженерия, космические технологии, тонкая нефтехимия стали расти темпами, нереальными для технологий второй волны. «Если бы с продукцией автомобилестроения произошло то же, что происходит с ценой и быстродействием компьютеров, Роллс-Ройс стоил бы уже 2,5 доллара и проезжал бы 100 тысяч миль на одном галлоне бензина», — говорили аналитики из Кремниевой долины.

Космос и глубины мирового океана становятся новыми передовыми рубежами экспансии цивилизации с точки зрения развития ее ресурсной базы.

Если в индустриальную эпоху для решения о том, производить или нет новый продукт, было достаточно положительно ответить только на один из двух вопросов: «Мы сможем на нем заработать?» или «Он сделает нашу армию сильнее?», то теперь в дополнение к экономическим и стратегическим интересам все весомее становятся экологические и социальные ограничения.

Настоящими агентами перемен являются люди, которые выступают против ядерной энергии, ГМО и других технологических новинок, воздействие которых на окружающую среду и здоровье человека недостаточно изучено. Напротив, искренние сторонники инноваций, которые клеймят сомневающихся как ретроградов и мракобесов, сами являются настоящими мракобесами и адептами типично индустриального отношения к научно-техническому прогрессу, когда любая технология, сулившая выгоду или военное преимущество, заслуживала того, чтобы быть воплощенной, без оглядки на другие последствия ее применения.

Реальное противоборство третьей волны со второй идет по линии: либо мы будем управлять технологиями, либо они будут управлять нами. Причем «мы» здесь означает широкую общественность, а не узкую элиту из ученых, финансистов и политиков.

Новых технологий появляется так много, что человечество впервые может и должно научиться выбирать для внедрения только те инновации, которые имеют наиболее позитивный социальный и экологический эффект.

ДЕМАССИФИКАЦИЯ СРЕДСТВ ИНФОРМАЦИИ
Вы никогда не задумывались, почему шпионы и разведчики во второй половине XX века стали героями столь многочисленных книг и фильмов и, как «Агент 007», культовыми персонажами? Шпионскими скандалами пестрят заголовки СМИ.

Неочевидное объяснение восхождения шпионов и шпионажа в фокус внимания заключается в том, что основной бизнес шпионов — это информация. Поэтому шпион становится живым символом революции, которая совершается сейчас в инфосфере.

Наш мозг хранит коллекцию образов, визуальных, аудио- и смысловых. Он хранит также связи между образами. Строит из них концепции. Эти образы не возникают ниоткуда, а приходят из внешнего мира.

В доиндустриальную эпоху человек получал эти образы по очень узкому каналу, в основном от близких людей. Через личное общение, которому свойственен спокойный ритм, многочисленные паузы и повторения. С наступлением второй волны количество каналов, из которых индивидуум получал представление об окружающем мире, увеличилось. К личному общению добавились газеты, журналы, радио и телевидение. По этим каналам (в основном в унисон) вещали церковь, правительство, семья и школа. СМИ стали не только мощным усилителем трансляции этого контента, но и производителем своего собственного, — встроенного, тем не менее, в общий хор. СМИ заняли ключевое место в стандартизации поведения, необходимой для индустриального производства.

Формируемые индустриальными СМИ образы были более податливыми к изменению, чем образы доиндустриальной эпохи. Но третья волна привела к многократному ускорению обновления библиотеки образов в нашем сознании. Это означает, что сами образы становятся все более короткоживущими.

Не могу удержаться от экстраполяции тезисов книги, написанной 30 лет назад, на сегодняшний день. Тоффлер приводил примеры из 1970-х годов, но как интересно сравнивать их с сегодняшними реалиями: снимки полароидом, ксерокопии, мгновенные ситкомы — писал он; инстаграм, вайн, снэпчат, селфи, твит — пишу я.

Но третья волна не только кардинально ускорила оборачиваемость образов, она затронула и более глубинную структуру информации.

Демассификация средств информации стала естественным следствием удешевления себестоимости создания информационных носителей. Во времена написания книги многократное удешевление печатного процесса мелких тиражей привело к тому, что каждый клуб по интересам, каждая конфессия, каждое сообщество и каждый муниципалитет смогли позволить себе издавать собственную газету или журнал. Число микро-СМИ увеличилось в США лавинообразно.

Здесь я хочу пояснить, что, по мнению Хайди Тоффлер, которая выступала соавтором Элвина, даже когда ее имя не было указано на обложке, блоги не являются СМИ потому, что не столько сообщают нам информацию, сколько выражают мнение автора.

В 1977 году впервые в истории телевидения в США аудитория телезрителей сократилась.

Спутниковое и кабельное телевидение, видеокассеты, видео на заказ нарезали аудиторию телеканалов на узкие сегменты. Господство телеканалов в навязывании всем, что и когда смотреть, навсегда осталось в прошлом.

Третья волна принесла с собой новую инфосферу. Наступила эра демассифицированных средств информации, которая окажет глубокое воздействие на то, как формируется наше представление об окружающем мире.

КУЛЬТУРА БЛИПОВ
Blip — мгновенное изображение (чаще на экране радара). Демассификация средств информации ведет к тому, что вместо работающих в унисон каналов, продвигающих единое представление о мире, мы стали получать информацию отрывками из гораздо большего количества часто противоречащих друг другу источников. Состоящий из коротких блипов информационный поток трудно поддается классификации. Отчасти это происходит потому, что блипы часто не укладываются в доминирующие концепции индустриального прошлого, но еще и потому, что их форма выглядит слишком нелогичной и фрагментарной.

По отношению к новой форме подачи информации легко отличить, к какой волне принадлежит человек. Раздражение нелогичностью и бессвязностью подачи информации — верный признак менталитета индустриального общества. Способность впитывать громадный объем разнородных блипов и самостоятельно находить концепции, на которые, как на нитки, нанизываются укладывающиеся в них информационные бусины, является неотъемлемым свойством человека третьей волны.

Демассификация цивилизации, одновременно и жертвой и усилителем которой являются СМИ, неизбежно приводит к грандиозному скачку в объемах информации, которой мы все обмениваемся между собой. Именно поэтому о цивилизации третьей волны можно говорить как об информационном обществе.

УМНАЯ СРЕДА
Древние считали, что с помощью маны можно вдохнуть жизнь в неживые предметы. Конструируя инфосферу, способную удовлетворить требования информационного общества к объемам и скоростям обмена информации, мы вдыхаем не только жизнь, но и интеллект в окружающую нас, прежде неживую, среду. Вместо мифической маны мы используем в первую очередь компьютер, а также компьютеры, соединенные в сеть и протянувшие повсюду вплоть до тостера и кофеварки щупальца датчиков.

Эти слова были написаны за 30 лет до появления термина «интернет вещей» и за 10 лет до появления интернета.

ПОВЫШАЕМ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТЬ МОЗГА
Чтобы справиться с информационным потоком, недостаточно изменений инфосферы, какими бы радикальными они ни были. Должны измениться способы, с помощью которых мы синтезируем информацию, наши представления о грамотности. Возможно, мы захотим даже изменить биохимию нашего мозга.

Интересная метаморфоза происходит с грамотностью. Если в индустриальной цивилизации даже самый умный и умелый, но не умеющий читать и писать человек не мог получить даже простую работу, которая требовала заполнения каких-то форм и таблиц, то в умной среде информационного общества требования к традиционной грамотности могут исчезнуть как условие получения квалифицированной работы.

В информационную эпоху компьютеры увеличат силу мозга человека так же, как машины увеличили силу его мышц в индустриальную эпоху.

Человеческое воображение, его интуиция и интеллект будут играть в ближайшие десятилетия по-прежнему определяющую роль, но компьютеры смогут углубить наше представление о причинно-следственных связях. Анализируя огромные массивы информации, они будут находить незаметные паттерны, позволяющие установить взаимосвязь между разными группами данных. Они изменят способ, которым мы анализируем проблемы и интегрируем информацию.

В 1980 году термин big data был никому не известен.

Компьютер полностью изменит социальную память человека. Первоначально социальная память хранилась в мозге человека. Она изменялась, пополнялась, корректировалась в течение жизни человека и затем умирала вместе с ним. За счет массового распространения грамотности письменность дала людям возможность переносить свою социальную память на бумагу. Индустриальная эпоха создала такие внешние носители социальной памяти — звуко- и видеозапись. Социальная память отделилась от мозга человека, но при этом стала пассивной. Для редактирования ее надо было снова загружать в мозг человека. Третья волна с помощью компьютера сделала внешнюю социальную память интерактивной.

КОНЕЦ МАССОВОГО ПРОИЗВОДСТВА
Как по стратегическим, так и по экономическим причинам развитые страны не смогут полностью отказаться от промышленного производства. Такие варианты, как чисто сервисная или чисто информационная экономика, никогда не появятся.

Богатые нации будут продолжать производить ключевые товары, но для их производства будет требоваться все меньше людей. Одновременно сам характер промышленного производства изменится.

Если производство второй волны прочно ассоциируется с большими партиями миллионов абсолютно идентичных, стандартизированных товаров, то производство третьей волны — это маленькие партии частично или полностью кастомизированных товаров.

Продукция, выпущенная по мерке или на заказ в единичном экземпляре или очень ограниченной серией, символизирует возврат к принципам производства доиндустриальной эпохи, но на совсем другой технологической базе, на базе высоких технологий.

Используя конструирование на молекулярном уровне (это, наверное, теперь называется «нанотехнологии»), компьютерное проектирование и другие современные инструменты мы будем производить все более цельные вещи вместо тех, которые состояли из множества отдельных частей.

Вместо серийного производства мы выходим на уровень производства непрерывного цикла с полной автоматизированной кастомизацией каждого изделия. Число компонентов, на которые может быть разобрано это изделие, снижается, а роль потребителя в производственном процессе растет.

СМЕРТЬ СЕКРЕТАРЯ
По мере того как число производственных рабочих снижается, растет количество «белых воротничков» — офисных служащих. Этот процесс некоторые считают признаком наступления постиндустриального общества.

На самом деле нарастание числа клерков — это последний всплеск второй волны, а не признак наступления новой. Действительно, труд становится все более абстрактным, но, имея дело с бумажками, а не с предметами, большинство служащих заняты такой же фрагментированной, монотонной и нудной работой, как и рабочие на конвейере.

Как и на производстве, эта фабрика-офис выработала свою кастовую систему. Если на производстве работники делились на касты физического труда и умственного труда, то в офисе они делятся на работников высокого уровня абстракции и низкого уровня абстракции.

Технократическая элита высокого уровня абстракции — ученые, инженеры и менеджеры — расходуют свое время на совещания, переговоры, деловые ланчи, телефонные разговоры и другие формы обмена информацией. По некоторым исследованиям, информационные транзакции занимают около 80% рабочего времени таких людей.

Работники низкого уровня абстракции — это пролетарии умственного труда, занятые рутинной работой.

Революция в офисе продиктована столкновением нескольких тенденций. Во-первых, потребность в информации настолько возросла, что никакая армия клерков не сможет ее удовлетворить ни при каких условиях. Во-вторых, цена работы по перекладыванию бумаг непомерно возросла. В-третьих, производительность офисного труда практически не выросла, несмотря на появление новых технологий.

Одновременно производительность компьютеров растет, а их цена падает по экспоненте. Когда эта тенденция столкнется с тенденциями стагнирующей производительности и растущей себестоимости офисного труда, произойдет офисотрясение огромной силы.

Прямая экстраполяция этих трендов приводит нас к опустевшим офисам и миллионам людей, потерявшим работу. В реальности все будет намного сложнее, поскольку не только секретари не хотят лишиться работы. Начальники тоже не хотят остаться без секретарей.

Рынок труда офисных служащих будет испытывать серьезное давление, но смешно считать единственной причиной этого компьютер. Причина — третья волна.

ЦИФРОВОЙ ДОМ
Развитие компьютеров и средств связи создает предпосылки для перемещения рабочего места из офиса и фабрики в дом. Этот процесс будет долгим и, возможно, болезненным. Потребует изменения в системах управления и мотивации. Не все виды работы можно будет выполнять удаленно.

Но очень сильные тенденции действуют в пользу переноса рабочего места в цифровой дом. В первую очередь, растущие затраты времени и денег на физическое перемещение и повышающееся качество телекоммуникаций.

Социальные факторы также будут содействовать переносу работы на дом. Чем короче будет становиться рабочий день, тем относительно больше времени будет требоваться на поездку к рабочему месту. И тем труднее его будет оправдать.

Перенос существенной части работы на дом будет иметь глубинное воздействие на все сферы человеческой жизни.

Население жилых районов станет более стабильным потому, что люди будут реже переезжать в связи со сменой работы. Это будет означать более тесные связи между соседями и большую вовлеченность людей в решение долгосрочных вопросов коммунальной жизни.

Потребление энергии снизится, а потребность в децентрализации ее источников возрастет. Это приведет к росту спроса на малую альтернативную энергетику, например, на солнечные батареи. Это будет способствовать снижению нагрузки на экологию.

Новые отрасли экономики выиграют, старые — индустриальные — потеряют. Работники на дому будут все больше превращаться в индивидуальных предпринимателей, владеющих своими средствами производства.

Удаленная работа сделает более обезличенным общение с коллегами, но эмоционально насыщеннее и теснее станут отношения «лицом к лицу» с домашними и с соседями.

СЕМЬИ БУДУЩЕГО
Кризис индустриального общества приводит к кризису семьи как его института. Классическая «ячейка общества» распадается повсеместно, и это воспринимается как острая проблема общества, которая требует решения. На самом деле, институт семьи не гибнет, а изменяется в соответствии с другими изменениями, которые несет третья волна. Если определять классическую семью так: работающий муж, жена-домохозяйка и двое детей, — то просто оглянитесь вокруг. Сколько таких семей среди ваших друзей, ваших соседей? Уже в 1970-е годы в США классическая семья составляла всего 7% от общего числа семей. Матери и отцы-одиночки, холостяки и незамужние женщины, бездетные пары — современная семья уже в корне отличается от традиционной и имеет много форм. Традиционную индустриальную семью не заменит какой-то один новый доминирующий вид. Это будет большое множество различных вариантов семьи.

Перемещение работы в дом приведет к тому, что многие супружеские пары будут проводить вместе больше времени.

Во времена индустриальной цивилизации семья перекладывала часть своих функций на другие институты: школы, больницы, дома для престарелых.

Перемещение места работы в цифровой дом может привести к тому, что семья перестанет отдавать, а начнет принимать на себя дополнительные функции.

Дети в этих семьях будут также расти по-другому. Цифровой дом создаст условия для более раннего вовлечения детей в работу и получения ими значимой социальной роли в более раннем возрасте.

Перемещение работы в дом может привести к появлению новых типов производственных организаций — расширенных семей или коммун.

Коммуны, появившиеся в 1960–70-х годах, довольно быстро распадались. Но они были замкнуты на себя, а появление у коммуны или сообщества внешней миссии может удерживать такую группу вместе намного дольше.

Более того, расширенная семья — коммуна в цифровом доме — не будет носить демонстративно протестного характера или бросать вызов общепринятому стилю жизни, как это было с коммунами хиппи. Ее существование будет органично вытекать из экономики и технологий третьей волны. И это сделает ее существование еще надежнее.

Изменения в устройстве семьи сегодня привносят в нашу жизнь массу разочарований и проблем. Если мы хотим, чтобы они начали скорее работать на нас, а не против нас, необходимы фундаментальные изменения в различных сферах, от морали и налогов до трудового законодательства.

Продолжение следует...

Добавиться в друзья можно вот тут

Понравился пост? Расскажите о нём друзьям, нажав на кнопочку ниже:


Tags: будущее, волна, волны, книга, книги в кратком изложении, прогноз, прогресс, технический прогресс, технологическая волна
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo perfume007 декабрь 15, 23:59 19
Buy for 20 tokens
В продолжении по циклам солнечной активности. Спасибо taxfree за тематику данного поста. Как утверждается Владимиром Левченко - после экстремумов, т.е. максимумов и минимумов солнечной активности, на следующий год всегда наблюдается провал в темпах роста мировой экономики. Левченко утверждает,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments