Финансовый парфюмер, там где запах денег... (perfume007) wrote,
Финансовый парфюмер, там где запах денег...
perfume007

Category:

Третья волна. Элвин Тоффлер. Книга в кратком изложении за 10 минут 2 часть

Начало тут. Книга Тоффлера посвящена пришествию цивилизации третьей волны. Используя метафору волн, Тоффлер хочет подчеркнуть, что возникновение новой цивилизации — это не единовременное событие, а продолжительный процесс зарождения, экспансии и угасания. Причем несколько цивилизационных волн действуют в мире одновременно, но с разной силой и в разных направлениях. Эти волны иногда называют технологическими потому, что в основе каждой из цивилизаций лежат свои особые технологии производства. У каждой цивилизации есть свой основной ресурс, который во многом определяет ее характер. Каждой цивилизации присуще свое особое мировоззрение, своя мораль, свой уклад жизни. Причем мировоззрение, принципы и институты новой волны не вырастают эволюционно из тех же элементов более ранней волны, а формируются на основе своего уникального генома новой цивилизации. Поэтому коллизии волн носят не эволюционный, а революционный характер, а приход новой волны сопряжен с войнами, революциями и другими потрясениями. Понимание природы этих конфликтов, дает нам возможность не только увидеть альтернативы будущего. «Третья волна» впервые была опубликована в 1980 году. В январе 1983 года Тоффлер впервые встретился с Дэн Сяопином. Тогда «Третья волна» уже стала самой читаемой книгой в Китае, после сборника речей самого Дэна. Дэн не только сразу и безоговорочно поверил Тоффлеру, но и стал претворять его рекомендации в жизнь с завидной последовательностью и упорством. Последовало 30 лет непрерывного беспрецедентного роста экономики Китая. Alibaba, Lenovo, Baidu, Xaomi ознаменовали прорыв части населения Поднебесной сразу в цивилизацию третьей волны. Сверяя ее содержание с теми реалиями, которые окружают нас сейчас, 30 лет спустя, каждый может решить для себя, работает ли предложенная Тоффлером модель будущего. Если вы решите, что она работает, то у вас есть еще 10 лет, чтобы применить эту модель к планированию собственных действий и, при желании, поучаствовать в создании будущего. Ведь Тоффлер считает, что переходный период от безраздельного господства индустриальной цивилизации второй волны к доминированию информационного общества третьей волны продлится с середины 1950-х годов где-то до 2025 года. Финансовый парфюмер учиться отличать силы и процессы уходящей второй волны от проявлений нарастающей третьей волны.



КРИЗИС КОРПОРАЦИИ
Третья волна привносит новый уровень непредсказуемости и волатильности в деятельность корпораций. Причины и вектор изменений неясны. Это порождает растерянность и фрустрацию у многих корпоративных топ-менеджеров, которые только стараются казаться уверенными в себе и контролирующими ситуацию. Большинство руководителей корпораций продолжают бесконечную борьбу за прибыль, объемы производства и личную карьеру, все больше напоминая белок в колесе. Но самые умные представители менеджерского сословия, видя беспрецедентный рост непредсказуемости условий, нарастающую критику общества и политическое давление, начинают ставить под вопрос цели, структуру и ответственность — и даже сам смысл существования корпораций.

Ускорение изменений само по себе привносит новую степень риска в корпоративное управление. Количество принимаемых решений возрастает так, что времени на их обдумывание больше не остается. Распад массового рынка на массу мини-рынков, для каждого из которых необходимо искать свое решение. Социальная демассификация сотрясает рынок труда. Представители расовых, этнических и сексуальных меньшинств, которые раньше должны были ассимилироваться в однородную массу рабочих и служащих, теперь требуют групповой идентификации и настаивают, чтобы их право на труд не страдало от факта открытой принадлежности к меньшинству.

Силы, которые формировали массовое общество, заработали в противоположном направлении. Национализм в контексте высоких технологий превратился в регионализм. Средства коммуникации вместо создания массовой культуры занимаются ее демассификацией. Диверсифицируются источники энергии, и трансформируется процесс производства.

В дополнение ко всем этим факторам, которые воздействуют на корпорацию одновременно, прибавляется ширящаяся общественная критика самих целей ее существования. Эта атака на корпорации принципиально отличается от критики времен второй волны.

В индустриальную эпоху было принято рассматривать корпорацию исключительно как субъект экономической жизни. Поэтому атаке подвергались именно экономические аспекты ее деятельности.

Теперь критике подвергается само искусственное выделение экономического аспекта из общего контекста нашей жизни, который включает и социальное, политическое, моральное измерения.

Третья волна приносит с собой требование возникновения совершенно нового института — корпорации, которая не только зарабатывает прибыль и производит товары, но и вносит свой вклад в решение сложнейших экологических, политических, моральных, расовых, гендерных и социальных проблем. Этого требует общество. Этого хотят и наиболее прозорливые руководители корпораций.

Такое изменение роли корпораций не является предметом выбора. Это необходимость, продиктованная давлением пяти нарастающих сил — изменений в физической среде, в расстановке общественных сил, в роли информации, в политической организации и в морали.

РАСШИФРОВЫВАЕМ НОВЫЙ КОДЕКС
Изменения в инфосфере, техносфере и социосфере цивилизации затрагивают жизнь каждого человека.

Новый кодекс поведения бросает прямой вызов всему, во что нас учили верить: важности пунктуальности и синхронности, стандартности и одинаковости.

Разрушается график работы «с девяти до шести». Гибкий график работы становится нормой. Это не что иное, как демассификация времени. Поскольку рабочие графики становятся все более гибкими и персонифицированными, появляется потребность в дополнительном планировании уже личного времени.

Компьютер добавляет новое измерение времени, предоставляя нам возможность асинхронных коммуникаций.

Все труднее становится сказать, когда требования пунктуальности имеют под собой весомое основание, а когда являются частью утратившего смысл и значение ритуала. Пунктуальность, как и мораль, становится ситуационной.

Уход от классического массового производства приводит к демассификации маркетинга, мерчандайзинга и потребления. Потребление, как и производство, из стандартизированного превращается в конфигурируемое.

НОВАЯ МАТРИЦА
Третья волна разрушила основополагающий столп индустриальной организации — принцип единоначалия. Вместо него утвердился матричный принцип управления, при котором у сотрудника есть один административный начальник и второй — функциональный.

До сих пор очень плохо воспринимается тот факт, что национальные экономики начинают распадаться на региональные и субнациональные экономики. У каждого региона формируются свои уникальные потребности в области энергоснабжения, в квалификации рабочей силы, в уровне образования и культуры.

Неготовность признать эту новую реальность обрекает на провал все попытки правительств улучшить ситуацию в экономике. Их деятельность все больше напоминает попытку врача вылечить всех больных одним и тем же лекарством, независимо от болезни.

МАЛЕНЬКОЕ В БОЛЬШОМ — ЭТО КРАСИВО
Третья волна заставляет нас экспериментировать с новым типом организации. Она состоит из небольших подразделений, которые можно соединять между собой разными способами, получая многочисленные конфигурации. Для такого типа организации как раз подходит матричная система управления. Хотя название для нее еще предстоит придумать.

ВОЗВЫШЕНИЕ ПРОСЬЮМЕРА
Слово «просьюмер» Тоффлер составил из начала слова «продюсер» (производитель) и окончания слова «консьюмер» (потребитель), поскольку эта новая роль преодолевает созданный третьей волной разрыв между ролями потребителя и производителя. По-русски это слово, наверное, должно звучать «протребитель», но я использую транскрипцию англоязычного оригинала.

В 1970-е годы в аптеках Западной Европы и США появились индивидуальные наборы тестов на беременность. К 1980-м годам миллионы женщин рутинно выполняли работу, которую раньше делали лаборант, медсестра и врач. Это классический пример просьюмеризма, который сегодня окружает нас повсюду.

Тоффлер еще приводит примеры банкомата и самообслуживания на автозаправке, которые были революцией 30 лет назад. А я начинаю понимать, что представляют собой не только онлайн-магазины и системы Банк-Клиент, но и Google, Facebook, WhatsApp, Instagram. Все они предоставляют нам — просьюмерам — возможность выполнить важную часть работы — сформировать поисковый запрос, разместить пост, отправить сообщение, сделать и выложить в интернет селфи, наконец.

Мне кажется, что примеры Тоффлера позволяют нам сегодня правильнее понять скрытые драйверы самых успешных бизнес-моделей современности.

Экономика индустриальной цивилизации делилась на два сектора — скрытый и видимый. В скрытом секторе, назовем его сектор А, работа производилась бесплатно и преимущественно для собственного потребления. К сектору А относилась, например, вся работа домохозяйки — все бесчисленные обеды, стирки и уборки. Сектор Б представлял собой рынок, охваченный товарно-денежными отношениями.

Принимая на себя часть функций, которые раньше выполняли медицинские работники, банковские клерки и автозаправщики, люди переходят из категории пассивных потребителей в категорию активных просьюмеров и переносят часть работы из сектора Б в сектор А. Движения взаимопомощи, миллионы людей, собирающие своими руками все от домов до компьютеров — все они пополняют растущую армию просьюмеров.

Чтобы заглянуть в будущее этого тренда, надо внимательнее присмотреться к тому, что происходит не только в сфере обслуживания, но и в производстве. Демассификация производства создает уникальные новые возможности для вовлечения потребителя в производственный процесс.

Уже во времена написания книги существовали производители, которые были готовы давать скидки или даже приплачивать потребителям, которые готовы были участвовать в проектировании и дизайне нужных им изделий. Появилось определение двух типов производства «изнутри – вовне» и «извне – внутрь».

Под рынком часто подразумевают чисто капиталистическое явление, основанное на товарно-денежных отношениях. На самом деле, рынок — это просто сеть по обмену товарами и услугами. Потребность в такой всеобъемлющей сети возникла вместе с разрывом ролей потребителя и производителя, который породила индустриальная цивилизация.

Сближение этих ролей в роли просьюмера влечет за собой существенную трансформацию рыночной модели. Рынок не исчезнет, но по мере переноса существенной части транзакций из сектора Б в сектор А экономисты не смогут более игнорировать нерыночный сектор экономики.

ЭКОНОМИКА ТРЕТЬЕЙ ВОЛНЫ
Выход на авансцену просьюмера изменит характер нашего экономического мышления, потому что никакой экономический анализ не будет возможен без учета сектора А.

Изменится и характер социального конфликта. Противостояние между менеджерами и рабочими сохранится, но утратит былое значение. Мы станем свидетелями иных классовых битв, где работники сектора Б будут бороться за сохранение своей роли и своих доходов под напором просьюмеризма.

Я пишу эти строки и ловлю себя на мысли о борьбе, которую ведут сейчас регулярные таксисты и власти в Европе и в США против сервиса частных извозчиков Uber. А также об отказе Tesla от дилерской модели продаж.

Еще одно важнейшее событие прошло незамеченным для большинства мыслителей и экономистов второй волны. Гигантский проект по созданию глобального рынка, которым человечество было занято 10 000 лет, закончен. Мировой рынок построен. Ему больше некуда расширятся. Система дистрибуции также достигла предела развития.

Рынок сделал всех и вся взаимозависимыми. Он распространил убеждение, что экономические интересы играют ключевую роль в жизни человека. Он научил нас смотреть на жизнь как на последовательность контрактов и транзакций. Таким образом, экспансия рынка сформировала ценности индустриальной цивилизации.

Создание глобального рынка было самым грандиозным проектом человечества. Теперь, когда этот проект почти завершен, направлявшаяся на него энергия должна высвободиться для других целей.

РАСКОЛ НАЦИИ
Нация — это ключевой политический субъект индустриальной эпохи. Теперь она испытывает нарастающее давление как сверху, со стороны наднациональных институтов, так и снизу, со стороны сепаратистских движений.

«Нам трудно представить себе распад такой державы, как СССР, но в 1977 году советские власти посадили в тюрьму армянских националистов за взрыв в московском метро… Тысячи людей, вышедшие на демонстрацию в Тбилиси, вынудили власти признать грузинский язык официальным языком республики. В то время, когда грузины маршировали в Тбилиси против русских, в столице Абхазии Сухуми абхазы требовали отделения от Грузии», — эти слова Тоффлера я цитирую по потрепанной бумажной книге 1980 года издания. Тогда распад СССР никто не мог себе представить ни в США, ни в СССР, что бы сейчас ни пытались утверждать задним числом.

Третья волна дробит нации на огромное количество разнообразных этнических, конфессиональных, расовых и прочих групп.

Правительства не так гибки, как корпорации, и продолжают попытки навязать всем унифицированную политику. Это может довести ситуацию до точки кипения, и тогда взрыв будет неизбежен.

Третья волна приносит на международную арену новые проблемы, новую структуру коммуникаций, новых участников процесса. Все это резко сокращает возможности национальных государств.

Экономические проблемы, экологические проблемы и новые средства коммуникации совместно ослабляют международное значение национального государства. И именно в этот момент на международной арене появляются новые сильные игроки.

ГЛОБАЛЬНАЯ КОРПОРАЦИЯ
Транснациональные корпорации имеют свои собственные интересы, которые могут вступать в противоречие с интересами их стран происхождения. Многие из них не только превосходят государства среднего размера по экономической мощи, но и приобретают квазигосударственные черты: заводят своих дипломатов и разведчиков.

ТРАНСНАЦИОНАЛЬНАЯ СЕТЬ
Не только корпорации, но и объединения граждан выходят за рамки национальных границ. Вокруг всего мира образуется плотная сеть транснациональных связей.

ГЛОБАЛЬНОЕ СОЗНАНИЕ
Набирающий обороты глобализм не представляет интересы какой-то отдельной группы. Как национализм присвоил себе право говорить от имени всей нации, глобализм претендует на право говорить от имени всего человечества.

Упрощенная экстраполяция этих тенденций порождает мифы о всевластии корпораций или глобальном правительстве. Реальность будет другой.

Скорей всего, структура международного управления будет напоминать матрицу, которую используют наиболее продвинутые корпорации. Мы движемся к миру, который будет организован более похожим на нейроны в мозге человека, чем на департаменты бюрократической системы.

ГАНДИ СО СПУТНИКАМИ
Индустриальная цивилизация оставляет мир в состоянии раскола между богатыми и бедными. Решение этой проблемы вторая волна видела в том, чтобы помочь бедным странам догнать богатые, построив у себя промышленно развитую экономику.

Сделать это удалось в странах, которые можно пересчитать на пальцах одной руки.

Стоит ли вообще пытаться воспроизвести модель индустриализации сейчас, когда сама индустриальная цивилизация близится к закату?

Этот вопрос стали задавать экологи, справедливо указывая, что, если модель индустриализации вдруг каким-то чудесным образом сработает во всех развивающихся странах, мир превратится в одну гигантскую фабрику, выбросы которой отравят всю планету целиком и бесповоротно.

Нефтяной кризис и богатство, в одночасье свалившееся на экспортеров нефти, подорвали главный тезис теории индустриализации: сначала ты развиваешься, а потом богатеешь.

Провалы индустриализации породили другое решение, означающее, по сути, создание экономики первой волны. Оно предполагало развитие в бедных странах трудоемких производств, не требующих больших капитальных затрат и высокой квалификации рабочих.

Эта формула применялась довольно широко, пока не стало ясно, что это — верный путь к стагнации.

Разбирая особенности цивилизации третьей волны, постоянно наталкиваешься на ее сходство с цивилизацией первой волны. Хотя и на принципиально ином технологическом уровне эти цивилизации являются подобными.

Это подобие приводит нас к вопросу: а не могут ли страны первой волны перенять некоторые характеристики третьей волны без болезненной ломки своей культуры и уклада жизни, которой требовала индустриализация?

Интеграция самых передовых технологий третьей волны в уклад жизни патриархального аграрного общества может привести к возникновению общества абсолютно нового типа.

Третья волна поднимает нетехнологические и неэкономические вопросы на первое место повестки дня. В образовании встает вопрос об определении, что теперь является грамотностью. Какая грамотность нам сегодня нужна? Этот вопрос стоит одинаково остро и в самых бедных, и в самых передовых странах.

Третья волна начинает новый цивилизационный забег по совершенно другим правилам. Все страны, бедные и богатые, стоят сегодня на одной стартовой черте.

СЛИЯНИЕ ВСЕХ РЕК
Третья волна не является только технологической революцией. Она привносит революционные изменения во все сферы жизни, все измерения цивилизации.

Сегодня впервые мы можем увидеть черты новой цивилизации и постараться понять их взаимозависимость.

Новая цивилизация не сформируется безусловно и безболезненно. Переходный период будет характеризоваться постоянными потрясениями: техногенными катастрофами, политическими переворотами, войнами и угрозами войн. В атмосфере дезинтеграции институтов и ценностей авторитарные демагоги и движения будут рваться к власти. И, возможно, где-то захватят ее.

Но все-таки мы делаем ставку на выживание, а не на уничтожение. Поэтому нам важно знать основной приводной ремень перемен. К какому обществу мы придем, если нам удастся преодолеть угрозы в ближайшей перспективе?

ГЛАВНЫЕ ЧЕРТЫ БУДУЩЕГО
Новая цивилизация будет иметь намного более диверсифицированную энергетическую базу, в которой будут преобладать экологически чистые возобновляемые источники.

Технологическая база третьей волны также будет широко диверсифицирована: от биологии, генетики, электроники, материаловедения до освоения космоса и глубин океана.

Главным сырьем новой экономики станут информация и воображение. С помощью информации и воображения будет найдена замена большинству невозобновляемых ресурсов современной цивилизации.

В связи с беспрецедентным ростом значения информации человечество реструктурирует образование, перестроит научно-исследовательские работы и, главное, реорганизует систему коммуникаций.

Сдвиг в сторону базирующегося на информации и электронике общества приведет к снижению энергопотребности цивилизации.

В цивилизации третьей волны фабрика перестанет служить организационным прототипом для всех других общественных институтов. Ее целью перестанет быть массовое производство.

Новые принципы организации производства и административной работы потребуют новых трудовых ресурсов, наделенных сообразительностью и изобретательностью, а не способностью выполнять рутинные действия.

Система воспитания и образования должна будет измениться, чтобы перестать «штамповать» людей для выполнения постоянно повторяющихся действий.

Большая часть работы вообще переместится из фабрики и офиса на дом.

Но ни дом, ни один другой институт не займет место, которое в прежних цивилизациях занимали сначала собор, а потом фабрика. Организация общества будет напоминать скорее сеть, чем иерархию институтов, как это было прежде.

Корпорации будущего превратятся в многоцелевые, многофункциональные организации, задачи которых выйдут далеко за пределы максимизации прибыли или объема производства.

Принципы начисления зарплат и бонусов руководителей постепенно изменятся, чтобы отразить эту новую многофункциональность.

Общество и корпорации (как его часть) перейдут с единого синхронизированного ритма гигантского конвейера на гибкие индивидуальные графики и расписания.

Бюрократическая иерархия в бизнесе будет заменена на многочисленные новые неиерархические организационные формы. Там, где иерархия сохранится, она станет более плоской и будет носить временный характер.

Распространение автоматизации на труд «белых воротничков» приводит к росту безработицы в период экономических спадов потому, что сфера услуг перестает поглощать переизбыток рабочей силы на производстве.

Это явление помогает объяснить тенденцию к слиянию потребителя и производителя в просьюмера. Оно приведет к возрождению огромного сектора экономики, направленного на потребление произведенных товаров и услуг самим производителем, а не на обмен.

Множество новых религий, движений, научных теорий, философских течений, форм искусства появится в количествах, которые не были возможны (да и не были нужны) в индустриальную эпоху.

Возникающая мультикультура породит хаос, который продлится до тех пор, пока не будут созданы новые механизмы группового разрешения конфликтов.

Растущая дифференциация общества приведет к ослаблению роли национальных государств и росту роли регионов и даже отдельных городов.

Интересы культурного, экологического, религиозного и экономического сотрудничества отдельных регионов будут играть в процессе налаживания межрегиональных связей более значительную роль, чем географическая близость.

Развивающиеся страны откажутся от попыток скопировать пример промышленно развитых стран и выработают свои, радикально новые стратегии развития, основанные на их культурных и религиозных традициях.

НОВАЯ ПСИХО-СФЕРА
Новая цивилизация формируется. Какое место нам уготовано в ней? Если оглянуться вокруг, можно увидеть множество признаков психологического упадка.

Миллионы людей отчаянно ищут новую идентичность или какую-то магическую терапию, которая способна реинтегрировать их личность. Процветают службы социальной помощи, психоаналитики и культы.

Для того чтобы понять осмысленную эмоциональную жизнь и разумную психосферу новой цивилизации, мы должны рассмотреть три базовые потребности личности. Потребности в сообществе, в структуре и в смысле.

Сообщество побеждает одиночество, давая людям ощущение принадлежности. Сообщество требует эмоционально привлекательных связей между его членами, а также чувства лояльности между людьми и их организацией.

Сегодня распад отношений между людьми совпадает с обрушением доверия к институтам. Что третья волна может предложить взамен разрушающихся связей?

Как уже говорилось выше, семья может вернуть себе ряд функций, которые она в период индустриализации отдала обществу, и даже стать крепче, чем в индустриальную эпоху.

Образование, если приложить к нему немного воображения, также может воспитывать коллективизм и ответственность каждого члена группы.

Распад гигантских корпораций на небольшие саморегулируемые ячейки может не только поднять на новый уровень производительность, но и способствовать созданию новых сообществ.

Одиночество не является грехом в обществе, все институты которого рухнули или распадаются. Должны возникнуть сервисы, способствующие его преодолению. По аналогии со службами знакомств в целях нахождения сексуального партнера или спутника жизни, должны появиться сервисы, которые позволят встретить просто приятеля или друга.

Будут возникать телесообщества, в которых люди будут общаться между собой с помощью электронных средств коммуникации. При всех своих недостатках они могут стать лучшим средством от одиночества, чем телевизор, который обеспечивает только одностороннюю коммуникацию.

Как создатель онлайн-сообщества E-xecutive могу только подтвердить, что это предсказание Тоффлера не только сбылось, но и дало некоторым людям возможность неплохо заработать.

Помимо сообщества мы нуждаемся в структуре и предназначении.

Структуру нашей жизни создают требования родителей, устав церкви или политической партии.

В современную переломную эпоху структуру жизни молодых наркоманов создает героин. Необходимость раздобыть денег, приобрести дозу, ввести наркотик. Затем получение кайфа. Эта простейшая структура жизни многим молодым кажется лучше, чем отсутствие структуры вообще.

Человеку недостаточно иметь свою маленькую личную цель. Он должен понимать, как его персональная миссия вписывается в более широкий контекст, в более общую организацию мира.

ЛИЧНОСТЬ БУДУЩЕГО
Психоаналитик Эрих Фромм определял социальный характер как «ту часть структуры характера, которая является общей для всех членов группы». Социальный характер создает модель поведения, которой люди сами хотят следовать. Следование этим моделям также получает общественное одобрение.

Черты характера формируются на стыке внутренних устремлений человека и давления общества на него.

Начнем с того, что третья волна создаст общество, в гораздо меньшей степени сфокусированное на ребенке, чем наше нынешнее. Этому способствуют старение населения и сосредоточенность женщин на карьере.

Эта тенденция обещает более короткие, но более насыщенные и продуктивные детство и юность. На рабочем месте требования к молодежи будут меняться в сторону меньшей зависимости от сверстников, меньшей ориентации на потребление, менее гедонистического стиля жизни.

Работники, которые ищут смысл, ставят под сомнение авторитет, хотят сами принимать решения, стремятся к социально ответственной деятельности, во времена второй волны могли считаться смутьянами. Экономика третьей волны не сможет функционировать без таких людей.

Вместо того чтобы ранжировать людей по тому, чем они владеют, как это диктует этика рыночной экономики, этика просьюмеризма будет ценить людей за то, что они умеют.

Революция в средствах коммуникации с неизбежностью ведет к революции в психике.

В индустриальную эпоху люди должны были регулярно сравнивать свою индивидуальность с небольшим числом ролевых моделей, чтобы оценить, насколько их жизнь соответствует идеалу.

Демассификация средств коммуникации ставит нас в абсолютно новое положение. Вместо выбора из ограниченного числа готовых шаблонов каждый человек встал перед необходимостью сконфигурировать свою собственную уникальную личность.

Это намного более сложная задача. Она объясняет, почему миллионы людей переживают сегодня кризис самоидентификации.

ПОЛИТИЧЕСКИЙ МАВЗОЛЕЙ
Цивилизацией третьей волны невозможно управлять с помощью политического аппарата второй волны.

Сегодня мы видим, что политическая власть многих стран не может принять самые важные принципиальные решения (или делает это очень плохо), потому что она полностью поглощена принятием бесконечной череды рутинных малозначимых решений.

Сегодня элиты больше не могут предсказать последствия своих собственных действий. Отсюда вытекает их стремление все более плотно контролировать все процессы в обществе, что, в свою очередь, бьет по элитам рикошетом.

Это не означает, что власть, теряемая элитами, переходит в руки остального общества. Сегодня власть рэндомизируется. Это означает, что в любой момент времени становится невозможно понять, кто и за что отвечает.

КОМПЛЕКС МЕССИИ
Комплекс мессии — это иллюзия, что мы можем спастись, если поменяем человека на самом верху. Видя неспособность политиков справиться с нарастающим комом проблем, миллионы людей приходят к единственному простому и понятному объяснению — нам не хватает лидерства. Люди хотят, чтобы на политическом горизонте появился мессия, который все снова расставит по своим местам.

По мере того как мир становится все более непредсказуемым, растет стремление людей к порядку, структуре и предсказуемости. Люди верят, что кто-то может их им дать.

Эта нарастающая тяга к лидерству базируется на трех ложных установках. Мифе об эффективности авторитарного управления. Вере в то, что стиль управления, который работал в прошлом, будет также работать в настоящем и будущем. Убежденности в том, что причина проблем кроется в персоналиях, когда на самом деле мы имеем дело с агонией всей современной системы государственного управления.

ВСЕМИРНАЯ СЕТЬ
Даже самый лучший лидер может оказаться беспомощным, если опирается на прогнившие институты власти.

Возьмем для примера политическую власть главы государства. Сегодня существует огромное количество экономических, экологических, политических вопросов, решение которых находится за пределами полномочий руководителя одной отдельно взятой страны.

Проблемы каждой страны вплетены в плотную сеть, оплетающую сегодня весь мир.

По мере нашего движения от кризиса к кризису новые гитлеры и сталины будут выползать из темных углов, убеждая нас, что вместе с устаревшими властными структурами мы должны распрощаться со своей свободой. Те из нас, кто хочет сохранить свободу, должны понять, что для этого недостаточно защитить существующие институты. Как отцы-основатели США сделали два века назад, мы должны изобрести новые институты.

ДЕМОКРАТИЯ XXI ВЕКА
Первым еретическим принципом правительства третьей волны является принцип власти меньшинства. Уже сегодня в обществе очень сложно выделить большинство, имеющее единое мнение по одному вопросу. Напротив, общество все больше распадается на малые группы, готовые отстаивать свои интересы.

Идеологи второй волны походя оценивают демассификацию общества как негативное явление. И отвергают его в корне. Используют термин «балканизация». Упрекают меньшинства в «эгоизме». Этот подход имеет очень серьезные последствия.

«Это означает, что, когда русские, например, пытаются подавить новое многообразие общества и задушить политический плюрализм, который вырастает на почве этого многообразия, то они (выражаясь их же языком) “сковывают средства производства” — замедляют экономическую и технологическую трансформацию общества».

Для того чтобы создать демократию третьей волны, мы должны отказаться от пугающего, хотя и неправильного предположения, что рост многообразия в обществе автоматически ведет к росту напряженности и конфликтов. На самом деле, все может быть с точностью до наоборот. Конфликт в определенных пределах не только не вредит обществу, а способствует его развитию.

Если сто мужчин хотят заполучить одно бронзовое кольцо, то схватка между ними весьма возможна. Если каждый из них преследует свою индивидуальную цель, то это создает лучшие предпосылки для сотрудничества и обмена между ними. Возникает синергия и симбиоз.

При наличии адекватных институтов многообразие может стать основой стабильного общества. Но, чтобы достичь этого, необходимо основательно реформировать политическую систему.

Второй строительный элемент новой политической системы — полупрямая демократия.

Вопрос не стоит о выборе между прямой и представительской демократией. Поскольку обе системы имеют свои плюсы, интеграция прямого участия граждан и их представителей кажется наиболее вероятной.

Третьим принципом политики завтрашнего дня станет распределение решений.

Вопрос не стоит о децентрализации принятия решений как самоцели. Необходимо правильное размещение решений на тот уровень, где они могут быть приняты оптимальным путем. Изменение информационных потоков позволяет перенести многие решения на низовой уровень. В то же время, необходимы новые наднациональные институты для более эффективного решения проблем, выходящих за рамки компетенции национальных властей.

Любое общество для своего функционирования нуждается в определенном количестве и качестве политических решений. Наступают периоды, когда скорость и количество изменений создают нагрузку принятия решений, непомерную для существующей элиты. Это создает предпосылки для расширения элиты за счет принятия в нее новых групп населения.

Иногда перегрузка решениями возрастает настолько, что она приводит к революционной смене элит и субэлит.

Главным противоречием современности будет противоборство между защитниками отжившей свое индустриальной цивилизации и сторонниками идущего ей на смену информационного общества. Линии окопов этой войны пройдут не по традиционным линиям классовых, расовых или национальных противоборств. Отличить сторонников прошлого от борцов за будущее мы сможем по их отношению к фундаментальным переменам, которые описаны в этой книге.

Вместо заключения
Третья волна не является ни утопией, ни антиутопией. Она предлагает позитивную и революционную альтернативу будущего, которая, тем не менее, лежит в пределах реалистично достижимого. Это и есть практопия.

Почему это происходит? На этот вопрос нет ответа. Тысячи разных взаимосвязанных потоков просто начали течь. Мы видим их взаимосвязи и грандиозные петли обратной связи, которые усиливают их бег. Но одной единственной причины, одной единственной переменной, которая дала старт этому процессу, просто не существует.

Две тенденции: диверсификация общества и ускорение исторического процесса — оказывают мощнейшее давление на людей и на институты, привыкшие иметь дело с невысоким уровнем разнообразия и медленным ходом перемен.

Это столкновение порождает шок будущего. Единственный способ преодолеть его — это научиться действовать в новых условиях. Для этого и людям, и институтам предстоит изменить себя.

Некоторым поколениям выпала роль хранителей цивилизации. Участь других — строить цивилизацию. Наш удел — созидать. И начинать строительство новой политической системы надо прямо сейчас, пока дезинтеграция старой системы не выпустила на улицы силы тирании, сделав неизбежным насильственный путь к победе демократии XXI века.

«Как отцам-основателям США, нам выпала судьба созидать», — писал Тоффлер в 1980 году…

Добавиться в друзья можно вот тут

Понравился пост? Расскажите о нём друзьям, нажав на кнопочку ниже:


Tags: будущее, волна, волны, книга, книги в кратком изложении, прогноз, прогресс, технический прогресс, технологическая волна
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo perfume007 december 15, 23:59 19
Buy for 20 tokens
В продолжении по циклам солнечной активности. Спасибо taxfree за тематику данного поста. Как утверждается Владимиром Левченко - после экстремумов, т.е. максимумов и минимумов солнечной активности, на следующий год всегда наблюдается провал в темпах роста мировой экономики. Левченко утверждает,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments