Финансовый парфюмер, там где запах денег... (perfume007) wrote,
Финансовый парфюмер, там где запах денег...
perfume007

Categories:

Краткая история кризисов. Кризисы конца XVIII – начала XIX а Англии

В материале рассматриваются промышленные и финансово-экономические кризисы конца 18–начала 19 веков. Первые были связаны с ростом тогда еще очень молодой текстильной промышленности в Англии, возникшей в результате промышленного переворота, который еще продолжался. Вторые были связаны с наполеоновскими войнами и проблемами перехода к мирной жизни. Период заканчивается до 1825 года, когда разразился первый циклический экономический кризис. Также дается немного теории, которая будет полезна, поскольку дальше речь пойдет уже о финансово-экономических кризисах классического типа. Последние нередко развиваются по схеме: "спокойствие, улучшение, возрастание доверия, благополучие, возбуждение, спекуляция, потрясение, паника, застой, угнетение и опять спокойствие".


Кризисы начальных этапов промышленного переворота (1780–1810-е гг.) имеет смысл выделить в качестве особого этапа по той причине, что в них уже наблюдались довольно яркие черты будущих циклических экономических кризисов, в частности связанных с перепроизводством в первой машинной фабричной отрасли – хлопчатобумажной промышленности – в Англии. Первые кризисы, охватившие тогда еще очень немногочисленные фабричные центры, имели место уже в 1788, 1793 и 1797 гг., и современников удивляли симптомы этой наступающей, казалось бы, внезапно экономической болезни.

Но, впрочем, удивляться было нечему. Развитие текстильной промышленности шло потрясающе быстро. В частности, объемы обработки хлопка возросли за 1780–1825 гг. в 33 раза, общее потребление хлопка в Англии за 1780–1800 гг. больше чем удесятерилось (см.: Мендельсон 1959, т. 1: 124–125). Трудности в хлопчатобумажной отрасли находились в тесной в связи с ее быстрым расширением, а при колебании внешних рынков, куда шла огромная часть фабричной продукции, они принимали характер циклических кризисов. Показательно, что выход из кризисов достигался снижением цен и расширением объемов за счет непрерывных и эпохальных технических усовершенствований, знаменовавших вехи промышленного переворота. Снижение цен расчищало путь дальнейшей экспансии. За 1786–1800 гг. цена бумажной пряжи упала в четыре раза(Мендельсон 1959, т. 1: 124, 312).

Хотя ряд черт будущих кризисов тут угадывается (в том числе перекредитование, переинвестирование, перепроизводство, выход из кризиса путем технических инноваций, снижения цен и расширения объемов и т.п.), в целом промышленные кризисы еще не имели общеэкономического характера, а проблемы хлопчатобумажной отрасли не отражались слишком сильно на общем состоянии экономики. Напротив, скорее общее экономическое состояние влияло на новую отрасль. Исключение, пожалуй, составляет только кризис 1788 г., который, как отмечается, проистекал прежде всего именно из внутренних причин развития промышленности (см., например: Манту 1937: 210). Он последовал за необычайным расширением промышленности после окончания срока привилегий на владение патентами Картрайта (Манту 1937: 210). К 1787 г. всего за 4 года продукция хлопчатобумажных изделий в Англии выросла в 2–2,5 раза (Мендельсон 1959, т. 1: 273). В итоге наступило переполнение рынка, из которого промышленность вышла, усилившись.


Но все же главные проблемы английской (как, впрочем, и европейской) экономики в этот период связаны с колебаниями внешней торговли, особенно в связи с длительными войнами и частично – с иностранными займами. Поэтому кризисы в быстро растущей хлопчатобумажной промышленности в конце XVIII в. (в частности, в 1793 и 1797 гг.) и в начале XIX в., а именно: в 1810 , 1815–1816 и 1819 гг. (эти три захватили целый ряд отраслей промышленности), были частью более масштабных политических и экономических явлений. Одни проистекали от чрезмерного расширения кредита, связанного с ожиданиями от начавшейся войны (кризис 1793 г.), другие были следствием нарушения торговли и чрезмерных военных расходов, вызванных войнами с Францией, континентальной блокадой (кризисы 1797, 1810 гг.), либо послевоенной «конверсии» (кризисы 1815 и 1819 гг.).

Кризис 1810 г. был наиболее сильным из всех упомянутых (см.: Сейу 1938: 67–69), он продолжался до весны 1812 г. Причины его, помимо континентальной блокады (см.: Тарле 1958, 1992, гл. XI), также были связаны с расширением английского экспорта в Латинскую Америку, особенно экспорта тканей, к тому времени две трети которых уходило за рубеж. Этот экспорт сначала расширился, а затем резко сократился, произошел даже частичный возврат товаров, что сопровождалось одновременно падением цен на сырье. А такие колебания цен, как известно, всегда ведут к разорению спекулянтов и торговцев, сбоям в денежно-кредитной системе, банкротствам и т.п. Последствия кризиса для Англии, особенно для ее хлопчатобумажной промышленности, были очень тяжелыми (см. подробнее: Мендельсон 1959, т. 1: 288–289).


Кризис 1815–1816 гг. был связан не только с трудностями адаптации к послевоенному состоянию в Европе (и в частности, с сокращением военных заказов), но и с последствиями англо-американской войны 1812–1814 гг., в течение которой имели место перебои с поставками хлопка, а после заключения мира началось быстрое развитие хлопчатобумажной промышленности, что и привело промышленность к перепроизводству. Пострадала также и американская хлопчатобумажная отрасль, которая в годы войны выросла, но затем реально конкурировать с английскими тканями не смогла. Кризис 1819 г. был связан с уменьшением государственного долга в результате наступившего после долгой войны мира, так как именно благодаря росту этого долга длительное время развивался английский кредитный сектор. Причинами кризиса стали также высокие пошлины и запреты в отношении ввоза английских тканей и других товаров в США и Францию, введенных в 1816 г. Экспорт и сельское хозяйство переживали трудные времена. Были сложности с поисками работы у вернувшихся из армии солдат и матросов. Этот кризис поразил все возникшие к этому времени крупные фабрично-заводские центры английской хлопчатобумажной, шерстяной, металлической и других отраслей промышленности.

Таблица. Кризисы конца XVIII – начала XIX в. в Англии


Фазы экономического цикла и понятие циклического кризиса
В предыдущих фрагментах речь шла о кризисах, не имевших циклической периодичности, а возникавших в связи с различными внутренними и внешними событиями, которые в отношении периодичности кризисов носят в большой мере случайный характер. Так, втягивание страны в войну или ее выход из затяжной войны, ряд неурожаев могут вызвать сильные торгово-экономические кризисы. Неправильная политика способна привести к финансовому кризису. Но участие в войнах, финансовые ошибки, даже сильные неурожаи и т.п. не носят достаточно регулярного, повторяющегося через определенный период характера, каковым обладают среднесрочные экономические циклы, завершающиеся экономическими кризисами(1). Циклические, или периодические, кризисы, конечно, имеют тесную связь с внешними, но их правильная периодичность говорит о том, что они имеют другую основу, связанную с имманентно присущей индустриальной (и постиндустриальной) экономике способностью к расширенному воспроизводству. Внешние события необходимы для протекания циклов, но история кризисов показывает, что те или иные внешние события достаточно часто находятся, если есть внутренняя основа для цикличности. Далее я начинаю анализ уже циклических кризисов.

Как понятно, в анализе экономических циклов и кризисов будут выявляться одновременно и черты очевидного сходства, и яркие индивидуальные черты. С одной стороны, нет никакого сомнения в том, что в протекании циклов и возникновении кризисов есть важные общие черты, происходящие из общесистемных характеристик индустриальной экономики и промышленного общества в целом, из цикличности развития индустриального производства. Поэтому как бы ни была груба общая схема цикла, она очень помогает в понимании причин и последствий кризиса. Туган-Барановский пишет по этому поводу (2008 [1913]: 217): «Наряду с индивидуальными особенностями кризисов бросается в глаза необыкновенное сходство всех их между собой во всех существенных чертах. Состояние товарного рынка, непосредственно предшествующее кризису, изменения в области денежного обращения, сопровождающие развитие кризиса, следующие затем колебания кредита – во всем этом заметно такое сходство, что при изложении истории каждого кризиса приходится почти без всяких изменений повторять то же самое, что было сказано раньше про другие кризисы. Это придает истории кризисов большую монотонность, но в то же время именно эта монотонность и служит лучшим доказательством законосообразности исследуемого явления. Очевидно, кризис зависит не только от случайных причин, свойственных определенному историческому моменту, но и от постоянно действующих общих причин, присущих современному культурно-экономическому строю».


С другой стороны, даже очень сжатое изложение событий таких кризисов за последние почти 200 лет убеждают: все кризисы проходят по-разному, каждый из них имеет крупные особенности. Это легко увидеть, например, из следующего графика. На графике хорошо видно, что хотя цикличность проявляется периодически, масштабы циклических колебаний и длительность циклических подъемов и спадов сильно различаются, так что один цикл становится не похожим на другой; видно также, как связан характер цикла с политическими событиями.


Рис. 1.1. Динамика деловой активности в США с 1919 г.
Источник: Самуэльсон, Нордхаус 2009: 130.

Значит, в какой-то мере остается релевантным мнение ряда аналитиков, например У. Митчелла (1930 г.) о многофакторности причин кризисов и о том, что каждый из них является уникальным и требует собственного объяснения. Следовательно, при объяснении каждого цикла и кризиса требуется поиск нужного баланса общего и особенного, что всегда является крайне сложной задачей.

Экономический цикл, или цикл деловой активности, может быть представлен в модели четырех фаз: 1) фазы оживления; 2) фазы подъема, или процветания (в которой есть смысл особо выделять подфазу перегрева экономики, или бума); 3) фазы рецессии (которую есть необходимость делить на подфазы острого кризиса и спада); 4) фаза депрессии, или застоя.(2) Но это схема, а реальность всегда протекает с большими вариациями.

Ниже характеризуются некоторые наиболее важные моменты каждой фазы, чтобы дальнейшее изложение было яснее.

На фазе оживления происходит выход из застоя. К этому времени в экономике уже накопились необходимые капиталы, прошли основные банкротства, установилось определенное соответствие (равновесие) между спросом и предложением, ценами и затратами. За прошедший кризисно-депрессивный период обычно также совершается некоторое перевооружение и переоборудование предприятий, делаются технологические усовершенствования, вводятся в строй некоторые новые ранее законсервированные или недостроенные мощности и т.п. Нередко также – что очень важно – могут быть сделаны выводы из предыдущего кризиса, то есть больше или меньше изменены определенные социальные, правовые и даже политические институты. В такой обстановке неудивительно, что какой-нибудь толчок (нередко и внешний) выводит экономику из застоя.


На фазе подъема рост ускоряется, оживление становится всеобщим. Если на фазе оживления только отдельные отрасли начинают расти, то теперь оживление становится всеобщим. Для активного подъема очень часто нужен внешний фактор, например в виде нового емкого рынка сбыта за рубежом или притока иностранных инвестиций, требуются ресурсы и капиталы, источники новых ресурсов и т.п. Поэтому я буду уделять большое внимание внешнему фактору. Повышается спрос на ресурсы и товары, значительно увеличиваются инвестиции. Это очень часто ведет к существенному повышению цен. Повышение цен после их снижения в ходе спада – как правило, верный признак того, что подъем пошел(3). Вот почему повышению цен (равно как и понижению) экономистами всегда уделялось большое внимание.

Растет спрос и на кредит, что может вызвать повышение ставок в банках (учетной, ссудного процента и т.п.), создаются (учреждаются) новые предприятия, происходят активные спекуляции на бирже, а также имеются прочие признаки того, что экономика подходит к состоянию перегрева. Если рост продолжается и становится бурным, то экономика переходит в состояние перегрева. Наиболее активными в этот период порой бывают даже не промышленные, а финансовые, биржевые, торговые посредники, а также спекулятивные дельцы. Все более усиливается процесс учредительства новых предприятий, нередко именуемый учредительской, или грюндерской, горячкой. При этом всегда часть предприятий создается неразумно, а некоторые возникают просто как результат жульничества. Акции и ценные бумаги как новых, так и уже действующих предприятий увеличиваются в объемах (происходит их эмиссия), они выбрасываются на денежный рынок, что ведет к напряжению денежного рынка, так как свободных денежных ресурсов не хватает одновременно на создание новых предприятий, инвестиции в промышленность и строительство, расширение кредитов и т.п. Именно расширяющийся кредит мощнейшим образом все ускоряет и расширяет в экономике. Но вместе с этим растут цена кредита и цены на ресурсы (сырье, топливо). Эти процессы еще более усиливаются биржевыми и торговыми спекулянтами, которые пытаются дополнительно раздуть дефицит путем скупки и придерживания товаров и ресурсов (либо игры на повышение на товарных биржах). В период этой фазы обычно не хватает и рабочей силы, а зарплата сильно повышается.


Фаза рецессии. В конечном счете в процесс вмешиваются какие-то факторы (например, неожиданное падение спроса или цен, банкротство крупной фирмы, дефолт иностранного государства, дополнительный спрос на деньги при осложнении политической обстановки, новый закон, меняющий правила игры, хороший или, наоборот, плохой урожай и т.п.), в результате начинается крах и острый кризис. При огромном напряжении экономики, всех ее ресурсов, большом объеме срочной задолженности, при фактическом создании продукции, которая затем оказывается невостребованной, и т.п., при создавшихся чрезмерных диспропорциях (это важно!) все рушится. Протекает такой крах-кризис в разных ситуациях по-разному (хотя, конечно, во многом и схожим образом). Чаще всего это разорение зарвавшихся спекулянтов; крупные банкротства, которые порой обрушивают всю экономику, как карточный домик; падение курсов ценных бумаг и разорение биржевых игроков и крупных фирм; недоверие к банкам, очереди за вкладами и массовое изъятие вкладов, что ведет к параличу банковской системы, прекращению размена бумажных денег на золото (в эпоху золотого стандарта) и прекращение выдачи вкладов; огромный спрос на наличные деньги в связи с исчезновение кредита; отказ от обязательств и новая волна банкротств и т.п.

Отмечу, что предвестниками кризиса еще на последних этапах фазы подъема могут быть частичный (а иногда и очень сильный) биржевой крах, что свидетельствует уже о перенапряжении денежного рынка или чрезмерном объеме учредительства; приостановка роста и частичное падение цен, уменьшение спроса и замедление, а то и приостановка, темпов экономического роста в целом (или в отдельных отраслях); уменьшение крупных заказов и т.п.

Далее происходит более или менее сильный спад в промышленности, торговле, строительстве, других сферах экономики, банкротства, резкое уменьшение заказов, закрытие или частичная приостановка многих предприятий, значительный рост безработицы и т.п. Иногда во время спада и фазы рецессии вновь происходят биржевые и банковские крахи.

Фаза депрессии – период застоя и относительно вялого течения экономической жизни, когда экономика постепенно возвращается к норме, отходит от горячки и краха, запасы рассасываются, цены обычно сильно падают (в современную эпоху, правда, цены ведут себя во многом уже по-другому, чем раньше). В это время происходит некоторая важная перестройка в микроэкономике (на уровне предприятий, например модифицируется их управление, логистика и т.п.), а также в различных сферах общества (см. выше: фаза оживления).

Поскольку понятие экономического (циклического) кризиса не имеет общепринятого толкования в экономической науке, подчеркну, что экономическим (циклическим) кризисом здесь будет называться весь период, связанный с переломом тенденции экономики от повышательного тренда к понижательному, включая период спада в экономике, то есть всю фазу рецессии, а также часть фазы депрессии, иногда еще более тяжелой по последствиям, чем собственно спад. Таким образом, циклический кризис я рассматриваю как большую по продолжительности часть экономического цикла, когда потенции к росту временно оказываются исчерпанными и принудительно восстанавливаются пропорции, более соответствующие наличным возможностям общества; как часть цикла, в течение которой сначала структурные противоречия и несоответствия общества становятся на время непреодолимыми, а затем частично разрешаются, открывая возможности для начала нового цикла.

Таким образом, момент (подфаза) острого кризиса представляет собой только часть (хотя и, возможно, самую драматическую) всего периода циклического кризиса.

Кризисы XIX в. с их бурными и острыми проявлениями в начале ХХ в. стали проходить в ряде стран спокойнее, так что многие экономисты стали считать, что время драматических проявлений на переломе цикла от повышения к понижению миновало. Например, Туган-Барановский писал: «Обычная схема развития современного хозяйства, изображенная в нескольких словах еще лордом Оверстоном (“спокойствие, улучшение, возрастание доверия, благополучие, возбуждение, спекуляция, потрясение, паника, застой, угнетение и опять спокойствие”) вполне применима только к прежнему времени, когда, действительно, каждый промышленный цикл неизменно заканчивался паникой, разрушением кредита и промышленным кризисом» (Туган-Барановский 2008 [1913]: 298).

Особого внимания заслуживает подход У. Митчелла, изложенный в работе, написанной еще до Великой депрессии. «Слово “кризис”, – пишет Митчелл (1930: 391–392), – является неудачным термином для обозначения одной из четырех фаз цикла. Если все же продолжать им пользоваться, то при определении ему следует подобно Афтальону и Лескюру придать совершенно бесцветное содержание и рассматривать его только как точку перелома от расцвета к депрессии… В соответствии с вышеизложенным в настоящей работе мы принимаем, что экономические циклы состоят из четырех фаз – депрессии, оживления, расцвета и рецессии. Слово “кризис” мы не исключаем, но употребляем его так же, как и слова “паника” и “бум”, для обозначения степени интенсивности соответствующей фазы. Каждый экономический цикл включает в себя фазу рецессии, но эта рецессия может принять, а может и не принять форму кризиса». В этом высказывании много верного, но все же использовать понятие кризиса только для обозначения степени интенсивности соответствующей фазы неоправданно. Кризис может не проходить в острых или неострых формах, для теории, с нашей точки зрения, важнее, что он обозначает следующий важный момент: в общественной системе возникло сильное структурное несоответствие, разрешение которого требует напряжения, жертв и изменений.

Великая депрессия на время излечила от убеждения, что тенденция идет к смягчению проявления кризисов. После Второй мировой войны благодаря использованию различных способов воздействия на совокупный спрос и монетарных методов, влияющих на совокупное предложение, проявления кризисов действительно смягчились. Фаза рецессии иногда означала даже не абсолютный спад, а только сильное замедление темпов роста. Но уже кризис 1974–1975 гг. (а тем более последующие кризисы) показал, что кризисы в старой, острой, взрывной форме всегда возможны. Небывало длительный экономический подъем в США в 1990-е годы соседствовал с целым рядом острейших финансово-экономических кризисов в разных странах и также закончился мощнейшим биржевым крахом в самих США в 2001 г. Наконец, современный кризис 2008 г. показывает, что циклические кризисы могут происходить в разных формах вплоть до самых разрушительных. Но они всегда означают, что общественная система столкнулась с сильным структурным противоречием, избавление от которого требует не просто чисто технических мер экономического регулирования, а серьезных изменений и перестроек.


О некоторых важных особенностях циклических экономических кризисов
Для понимания особенностей кризисов важно заметить: кризисы наиболее часто и наиболее резко (остро, панически, быстро) происходят в финансово-кредитном, включая биржу, секторе. И это вовсе не случайно. Экономика состоит из множества отраслей и сфер, в каждой из которых дела могут пойти по-разному. Но общий подъем и общие затруднения (или, по крайней мере, сложности, затрагивающие целый ряд отраслей) обязательно проявляются во всеобщем эквиваленте, которым являются деньги, ценные бумаги, золото и т.п., а равно и в общем индексе цен. Поэтому как увеличение спроса на ресурсы в большой части экономики, так и спад спроса на них выражаются в напряжении финансового рынка, росте цен, либо наоборот – в падении курсов, индексов, цен, что находит свое зримое выражение в ситуации всеобщей эйфории на биржах, кредитном рынке и т.п. или, напротив, в панике и бегстве от бумажных ценностей.

Таким образом, практически любые циклические кризисы связаны с расстройством (или даже падением, обвалом) денежного (золотовалютного) обращения, биржевых курсов акций и других ценных бумаг (облигаций, векселей и т.п.), различного рода спекуляций (в том числе акциями, сырьем, земельной и жилищной недвижимостью, участками, богатыми полезными ископаемыми, и т.п.)(4).

Таким образом, чисто экономических (в смысле чисто промышленных) кризисов практически не бывает и, возможно, даже не может быть. Экономические кризисы всегда связаны с кризисами в области обращения, во многих, а нередко и во всех его сферах: банковско-кредитной, золотовалютной, биржевой, внешнеторговой, оптовой и розничной торговле, в области движения капиталов, эмиссии ценных бумаг, в сфере спекуляций различными ценностями, включая недвижимость. В некоторых случаях именно эти сферы являются ведущими в плане основного вектора кризиса, в других – ими являются процессы, протекающие в легкой или тяжелой промышленности, строительстве и транспорте (в которых создаются чрезмерные запасы, объемы производства, долгосрочных инвестиций, чрезмерные долги по кредитам и т.п.). Баланс такой «ответственности» за кризис в каждом случае (и в каждой стране в период даже одного мирового кризиса) может быть весьма различным. Кризисы в области обращения, связанные с расстройством в области финансов, фондов, бирж, торговых операций, могут предшествовать, быть одновременными или случаться позже промышленных (экономических). Кризисы обращения в этом случае обычно угнетающе действуют на всю экономику. Таким образом, спад в разных секторах экономики и кризис обращения выступают как взаимосвязанные проявления фаз рецессии и депрессии в экономическом цикле.

Однако нередки кризисы нециклического типа, случающиеся в сфере банков, обмена валют, бирж, отдельных областей торговли, спекуляций и прочих институтов, которые не затрагивают народное хозяйство и экономику в целом в такой мере, как циклические. Нециклические кризисы обращения имеют сравнительно узкий или специальный характер. Иными словами, такие кризисы могут быть сильными и острыми, но не являться частью циклических экономических кризисов (такой кризис может вообще не повлиять на ход цикла, например не прервать фазу подъема). О таких кризисах сферы финансов и обращения далее говорится только эпизодически.

Моя задача – дать краткую историю циклических кризисов, которые обычно проявляются не только в промышленности, но весьма сильно, а нередко даже преимущественно, в области финансов, банков (кредита, валюты, движения золота и т.п.), бирж и курсов акций, и т.п.(5), однако также непременно сильно (иногда исключительно сильно) затрагивают всю экономику в целом, включая промышленность и все уровни торговли(6). Вот почему даже при кратком описании истории экономических кризисов невозможно не объяснять сбои в области банковско-финансовой, кредитной и биржевой сферах. Это будет делаться в следующих фрагментах.

Теснейшая связь между обращением и промышленностью становится еще более понятной, если учесть важность для развития промышленности объемов товарных запасов, стоимости транспортных перевозок товаров, колебаний спроса на промышленные товары со стороны торговли, цены аренды и прочих услуг, а все это невообразимо сложно переплетено с кредитными, валютными и прочими сферами. И стоит произойти сбою или резкому перепаду в какой-либо части этого сложного механизма, как он начинает работать совсем не так, как ожидается его участниками. Например, если спекулянты в надежде, что цены на сырье, топливо или иные ресурсы, необходимые в промышленности, начнут повышаться, станут скупать эти ресурсы, чтобы усилить их дефицит и искусственно вздуть на них цены, а цены, вопреки ожиданиям, прекратят рост, то это может привести сначала к чрезмерному предложению данных ресурсов (деньги-то необходимо вернуть), падению цен на них, к разорению части спекулянтов и поддерживающих их банков, а затем к обвалу экономики в целом, в котором пострадают уже много других участников экономического процесса, в том числе промышленники, биржевики, торговцы, банки, выдавшие им всем кредит, вкладчики и т.п. Другими сферами, где особенно тесно переплетаются промышленные и финансовые интересы, являются: учредительство новых фирм и акционерных обществ (куда вкладывается капитал большого числа финансовых учреждений и частных лиц)(7), строительство жилой недвижимости, продажа земельных участков и т.п.

Следует учитывать, что в реальной экономике действуют различные тенденции и наблюдаются циклы различной длительности. В ходе экономического цикла также происходят нередко различные модификации, возникают отдельные промежуточные кризисы или слабые рецессии; также сроки циклов в разных странах могут не совпадать; одновременно с экономическими могут действовать аграрные или иные кризисы и т.п. Вот почему границы среднесрочных циклов не всегда легко указать. В частности, первые кризисы XIX в. были гораздо более четко выражены в Англии как наиболее развитой индустриальной державе, чем в остальных странах, которые шли в фарватере Британии. Но зато в конце XIX – начале XX в. уже в Англии цикличность и особенно циклические кризисы стали выражаться не столь ясно, как в Германии или США. Проиллюстрируем сказанное таблицей, составленной Е. С. Варгой (1963: 7). В этой таблице, как можно понять, он указывает только страны, сильно пострадавшие от кризисов, в которых они носили именно циклическо-периодический характер, а не были только отголоском чужих кризисов, хотя бы и болезненным, не были только «в чужом пиру похмельем».

Таблица. Даты наступления периодических промышленных кризисов


1) Или (применительно к неурожаям) они могут иметь иную периодичность, связанную с разного рода природно-климатическими циклами.

2) В современной экономической науке очень часто выделяют две основные фазы: подъема и спада, а моменты, соответствующие кризису в результате пика перегрева и низшему уровню спада, обозначают как точки перегиба (см.: Самуэльсон, Нордхаус 2009).

3) Хотя подъем иногда может идти и без заметной инфляции, а, с другой стороны, в годы после Второй мировой войны отнюдь не редки были случаи, когда рост цен сопровождался не ростом, а спадом производства (так называемая стагфляция).

4) Это дает основания некоторым аналитикам говорить, что все финансовые кризисы, начиная со знаменитой «тюльпановой лихорадки» XVII в. в Голландии, упомянутой выше, развиваются по одной схеме (см., например: Minsky 1983, 1985, 1986, 2005). При существенной верности этого вывода (в том числе в психологическом плане) он все же является значительным упрощением, поскольку каждый финансовый, тем более экономический, кризис имеет многофакторный характер (см.: Хаберлер 2008 [1937]), в каждом налицо особое сочетание причин плюс собственные важные особенности, что всегда делает его непохожим на другие.

5) И в этой части проявления циклических и нециклических кризисов имеют, конечно, много сходства, также как и в том, что и те и другие влекут за собой разорения, банкротства, невозврат долгов и т.п. Но нециклические кризисы обычно не связаны с массовой безработицей, закрытием промышленных предприятий и т.п.

6) Конечно, также и сельское хозяйство, но в период, когда промышленность только формировалась, примерно до 1870-х гг., связь между кризисными явлениями в промышленности и сельском хозяйстве не была столь прямой. Только позже она стала более ясной, хотя траектории развития сельского хозяйства и промышленности существенно различаются.

7) Туган-Барановский говорил (2008 [1913]: 317): «Всякому кризису обязательно предшествует грюндерство – устройство огромного числа новых предприятий. Но ведь грюндерство есть не что иное, как создание нового основного капитала страны».

Источник


Добавиться в друзья можно вот тут

Понравился пост? Расскажите о нём друзьям, нажав на кнопочку ниже:


Tags: Англия, деньги, история, крах, кризис, промышленная революция, технологии
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo perfume007 december 15, 2020 23:59 17
Buy for 20 tokens
В продолжении по циклам солнечной активности. Спасибо taxfree за тематику данного поста. Как утверждается Владимиром Левченко - после экстремумов, т.е. максимумов и минимумов солнечной активности, на следующий год всегда наблюдается провал в темпах роста мировой экономики. Левченко утверждает,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments